Черный код

Поэтому отчаянно запрещаю себе замечать его не только внешнюю, но внутреннюю силу.

– Синий Код предпочитает, чтобы его называли перцептором, – ворчливо замечаю я.

Кажется, это забавляет Макса еще больше.

– Но ты ведь только что сама назвала себя Синим Кодом!

Я злюсь, потому что краснею, и краснею от того, что злюсь. Он поймал меня врасплох на моих же словах. В ту секунду, когда я решаю оттолкнуть Макса и вырваться из его плена, он отрывает одну руку от опоры и проводит костяшками пальцев по моей щеке.

– Наверное, я должен извиниться…

Он говорит это искренне, с ощутимой долей сожаления.

И смотрит так, словно хочет проникнуть в самую душу и овладеть моим подсознанием.

«Да! Да, ты должен извиниться, чертов ублюдок! – кричит все внутри меня. – Должен извиниться за то, что вообще допустил мысль, что можешь тянуть ко мне свои лапы!»

Но вместо этого я ледяным тоном отвечаю:

– Мне не нужны твои извинения.

– Нет, они нужны тебе, Синий Код, – с серьезным видом возражает Макс, – чтобы ты больше не плакала по ночам.

Я парализована и не могу сделать ничего другого, кроме как уставиться на него. Откуда он знает?! Даже мой собственный муж не подозревает о том, что я плакала той ночью после сеанса. Плакала так долго, пока не уснула под действием снотворного, и даже во сне продолжала мучиться.

– Я же знаю, – все тише продолжает Макс, – что с тобой нельзя так…

– Как «так»?! – перебиваю я дрожащим и слегка истеричным голосом. – «Так» – это душить и трахать, как шлюху? Вот так со мной не надо? Так что ж ты раньше не остановился, если понимаешь это?

– Потому что тебе хотелось продолжения, Синий Код.

Хотелось проверить до какой грани я смогу дойти с тобой. Ты проверяла меня, и знаешь… – он наклоняется еще ближе, удерживая со мной контакт глаза в глаза, – с тобой или без тебя, но граней для меня не существует.

Я хочу фыркнуть и отвернуться, окатить его волной презрения, но могу только оцепенело стоять, вжимаясь в шершавые доски.

– Почему ты не сбежала сразу? – сверкает глазами Макс, нависая надо мной.

 – Например, в тот момент, когда я задрал твою юбку? Когда коснулся тебя? Я расстегивал свой чертов ремень целых пять минут! И только когда ты ощутила меня внутри, удовлетворила любопытство о том, какой я, когда нахожусь в тебе, как сладко тебе быть оттраханной кем-то, не так ванильно и рафинадно, как делает твой муж, с этими поцелуями за ушком и нежной возней… только тогда ты выпрыгнула.

Я лишь мотаю головой в знак протеста.