Иная судьба. Книга 2

И писарь оный крест заверил своим размашистым росчерком.

А после этого по знаку коменданта Флоре заломили руки и вновь привязали к столбу. На этот раз спиной.

– Дура девка, дура… – Уже не стесняясь, вслух сказал комендант. – Тебя предупреждали? Предупреждали, и не единожды. Закон об оскорблении его светлостей гласит, что никто не смеет возводить хулу ни на господина герцога нашего, ни на его светлейшую супругу, о чём тебе тут внушение сделали не раз. А ты всё за своё. Правду ищешь? Свою правду ты изложила и с ней согласилась.

Умел господин Карр нагнетать страху, умел. Глаза его, и без того не слишком выразительные, становились в такой момент огромными, прозрачными и абсолютно безжалостными. Закоренелых подонков к месту взглядом приколачивал, не то что хлипкую деву. Горничная задрожала. По скудоумию своему она-то сперва решила, что, раз уж её внимательно слушают, то и сделают всё, как ей хотелось – разоблачат самозванку, с позором выгонят, и, может, вернут откуда-то прежнюю госпожу, а если нет – то пусть хотя бы той достанется, как следует.

– Звания ты подлого, хоть и папаша твой был заезжий то ли граф, то ли виконт; да ведь не признал же он тебя… Стало быть, за оскорбление чести его светлости полагается тебе самое малое – петля.

Коленки у Флоры ослабли, и, если бы не путы, она так и сползла бы к подножью пыточного столба.

– Но ведь это же правда… истина…

– А что есть истина? – задал риторический вопрос комендант. Воздел очи к небу, проявляя уважение к цитате из Писания, и продолжил. – Истина в том, голубушка, что вас, дураков и дур, учить надо, а кроме как наглядным примером и наказанием не вразумить. Господин писарь, что у нас там полагается в таких случаях?

– Битьё кнутом на площади и урезание языка, с последующим повешением до смерти, – деловито сообщил писарчук.

– Так-так… Ну, первую часть ты, считай, получила, пойдём далее…

Анри своё дело знал хорошо. Быстро прихватил ремнём голову девицы к столбу, вогнал в рот специальный роторасширитель – не она первая проходила по этой статье, нужные приспособления были наготове. Не обращая внимания на слабые вопли, ухватил клещами язык.

– Весь, что ли, резать?

Комендант глянул на переполненные ужасом и слезами глаза девицы, вздохнул.