Когда возвращается радуга. Книга 3

О том, что в доме графа творятся интересные вещи: де Камилле, представьте, стал видеть простых людей, и даже не брезгует иногда спросить о чём-то, и не только о делах. Мало того: откуда-то из глухомани выписал больную старуху, говорят, ослепшую, пристроил в лечебницу при монастыре гертрудианок, и велел приготовить для неё после лечения две комнаты в закрытом ранее крыле покойной матери. Само крыло недавно приведено в порядок: отмыто, отчищено после десятилетнего-то пустования, проветрено, мебель обновлена, цветы во всех комнатах… Не надумал ли граф жениться? А та старуха оказалась вовсе не старухой: пожилая, да, но ещё крепкая и почти и не седая, только, говорят, бельма на глазах были, но монахини чем-то их промывали-промывали, молились – да и отмолили.

Наннет, оказавшаяся бывшей графской кормилицей, прозрела. Эх, не иначе Господь его сиятельство вразумил, или где-то к чему-то граф сильно приложился головушкой, ведь на пустом месте человек так не меняется…

Хозяйка Назара просто млела от таких разговоров.

По всему видать – радовалась за графа. Назар и сам покрутил головой: вишь ты! Что ж, за хорошего человека грех не порадоваться.

Из угощения на кухне, пахнувшей ванилью и кардамоном, всего-то и было, что на скорую руку состряпанные пирожки, но Назар всё-таки облопался и лишь тогда вспомнил дружеское предостережение наставника. А заодно и его поручение.

– Я ж совсем забыл! – вскочил со стула. – Ирис-ханум, брат Тук просил напомнить, что вы ему какую-то штуковину обещали на время, чтоб изучить.

Он меня как раз за ней послал!

Хозяйка наморщила лоб, вспоминая.

– Ах, да! Конечно. Сейчас он мне ни к чему… Погоди, только найду, во что завернуть, чтобы в глаза не бросался.

Она исчезла в дверном проёме, а тётушка Мэгги покачала головой:

– Эх, всё-то им игрушки да науки… Большая уже, о чём серьёзном думать пора, а у неё одна премудрость на уме. Да это… искусство, да книги. Ну, как ей посоветуешь что путное, если она о женихах и слышать не желает?

Назар поперхнулся тёплым молоком.

– Да ты что, тётушка? Она же вдова, зачем ей опять замуж?

– Вдова… – Мэг сердито нахмурилась. – Бога гневить не буду, эфенди золото был, а не муж; да только пожил вместе с ней совсем недолго… А женщине опора по жизни нужна, да и детки не помешали бы. Что ж пустоцветом-то быть! А из неё хорошая мать получится: видела я, как она Айлиновых малышей нянчит, а сама на подругу глядит аж с завистью.