Его ребенок

Особенно за одним из них. Марком Скольниковым.

Поджав губы, я приложила к ним краешек бокала, но так и не отпила сок, все еще выискивая Скольникова.

Я не собиралась за ним следить. Совершенно. Хотела скорее забыть как страшный сон. Только вот час назад увидела, как мама, тепло ему улыбнувшись, с ним поздоровалась. Именно поздоровалась! То есть их никто не представлял друг другу – или представлял, но в начале вечера. Тогда зачем же им здороваться опять? И вот сейчас я не могла никого из них найти. Ни мамы, ни Скольникова.

И это пугало.

– Значит, Карина, – хрипло раздалось в полушаге от меня, и я, вздрогнув, обернулась. Хорошо, что я стояла, прислонившись к дереву, иначе упала бы.

– Вам же уже меня представили, – колко ответила я и сделала глоток апельсинового сока.

Он был слишком насыщенным на вкус, не таким, к какому я привыкла. Хотелось разбавить его наполовину водой. Потому-то я и цедила содержимое этого бокала уже несколько часов.

– А теперь скажи мне, Карина, что тебе от меня нужно? – шепотом сквозь вежливую улыбку спросил он.

Взгляд же мужчины был настолько холодным, что обжигал, вызывая изморозь у меня на коже и под ней.

– С чего вы, Марк, решили, что мне что-то от вас надо?

– С того, что за последние четыре дня встречаю тебя второй раз. – Он слегка поморщился, но затем тут же нацепил на свое лицо улыбку вежливости. Видимо, чтобы гости торжества, случайно глянувшие на нас, ничего не заподозрили бы.

– Кстати, кто вы Роману? – спросила я, набравшись смелости.

Специально отвернулась от мужчины, уставившись на светящиеся гирлянды. Начинало смеркаться, и подсветка теперь смотрелась в тысячу раз эффектнее. Пока я ждала ответа, наконец-то нашла взглядом маму, она что-то выговаривала Кристине, и я улыбнулась, чувствуя, как теплеет в груди.

Так было всегда: Кристину нужно было учить, контролировать и оберегать, я же была для мамы идеальной дочерью, вечно помогающей ей. На меня она могла положиться с тех пор, как мне исполнилось девять.

Уже тогда я умела готовить яичницу, жареную картошку и макароны по-флотски, а еще я спокойно оставалась без мамы дома, присматривая за младшей сестрой.

– То есть ты хочешь сказать, что всего лишь пришла на вечеринку этого оболтуса, а сегодня оказалась здесь совершенно случайно? – в голосе Марка прозвучал скепсис. Но мне было все равно, верит он или нет. Ситуация ровным счетом отвратительная, с какой бы стороны я на нее ни посмотрела.