Как отделаться от декана за 30 дней

– Я еще не закончил! – грозный голос ректора заставил нас вернуться на прежние места. – При условии, что вы выполните определенные задания, которые я вышлю тебе завтра, Дариел, в письменном виде. Это мое последнее слово! И не портите мне праздник! Шестьдесят бывает раз в жизни, – он махнул на нас рукой и поднялся с кресла.

Следовало поздравить мужчину с юбилеем, но от разлившейся в груди злости горло сдавил спазм, и я не смогла выдавить ни звука.

– Как и пятьдесят девять, и шестьдесят один… – с тяжелым вздохом произнес брюнет, вновь откинувшись на удобную спинку и постукивая пальцами по подлокотнику.

Спорить с ректором не имело смысла – он был непрошибаем. Пусть слезы и пытались прорваться наружу, я им этого не позволила. Они бы все равно его не тронули. Месяц… Не так уж и мало, однако не так уж и много… Несомненно, за этот срок ничего не изменится, следовало всего лишь чуток потерпеть. Но не поэтому ли никто из моих родных не пожелал сопровождать меня к Уолту Невиллу? Неужели заранее предположили, что мне светит дорога в один конец? Или же имелось что-то еще, о чем я до сих пор не знала?

Уолт Невилл окинул задумчивым взглядом меня, затем сына, а потом перевел его на супругу:

– Пойдем, дорогая, негоже так надолго оставлять гостей одних.

– А что прикажете нам делать? – в голосе Дариела послышался сарказм. Он закинул ногу на ногу и сложил руки на груди.

– Хотите, оставайтесь здесь, познакомитесь поближе, хотите, прямо сейчас отправляйтесь домой.

– Что ты имел в виду, когда говорил “отправляйтесь домой”? – брюнет подался корпусом вперед и оперся ладонями на край софы. Я не уловила подвоха в словах ректора академии, поскольку была поглощена мыслями, а вот брюнет сразу почуял неладное.

– А что тебе не понравилось? – недоумение отразилось не только в голосе Невилла-старшего, но и на лице.

– Во-первых, кто “мы”? – задал мой жених вопрос, судорожно вздохнув. Видимо, злость снова овладела им.

– Ты и Лилит, – абсолютно спокойно отозвался ректор и подставил локоть подошедшей к нему жене.

– И куда мы должны отправиться?

– К тебе домой, – их разговор походил на беседу маленького ребенка, которому взрослый отец разжевывал элементарные истины.

– Да это же уму непостижимо! – брюнет все-таки взорвался.