Назови меня своей судьбой

– Почему именно он, а не кто-нибудь другой?

– У нас есть негласное правило, что новую менаду вводит в курс дел предшествующий ей проводник. А им оказался Диплекс.

– Вы испытываете по отношению к нему неприязнь? – его пронзительный взгляд, казалось, прожигал меня насквозь.

– С чего бы? Коннор помогал мне. У меня нет причин злиться на него. К тому же мы так давно виделись с ним в последний раз, что я толком и не помню, как он выглядит, не говоря уже о том, чтобы столько лет таить в себе обиду.

– Скажите, вам не кажется весьма странным, что за последние полгода умерли две менады? – Дориан слегка прищурился и подался вперед.

– Две? Мне известно лишь о Кирстен Гудвин. Но ей было около семидесяти, да и она болела последние годы. Кто еще?

– Коннор Диплекс, – он неотрывно смотрел на меня, наблюдая за реакцией.

На краткий миг я потеряла дар речи, настолько впечатлилась услышанным. Если мне не изменяла память, то в этом году Коннору исполнилось только тридцать шесть – мужчина в самом расцвете сил.

– Что… что с ним случилось? – спросила надломившимся голосом, едва обрела способность говорить.

– Мы пока разбираемся, – Холден уклонился от ответа.

– Думаете, мне угрожает опасность? – я ощутила, как по спине заструился холодок.

– Это вряд ли. Наверняка, стечение обстоятельств. В любом случае за вами будут присматривать, – глава Управления сцепил руки в замок и о чем-то призадумался. После затянувшегося молчания мужчина продолжил: – Нир Ричардсон отзывался о вас как о превосходном сотруднике.

– Мне лестно слышать подобную похвалу, но он явно преувеличил, – я принялась отнекиваться, почувствовав завитавшую в воздухе опасность.

– Что бы вы ни говорили, нисса Кристал, но на данный момент вы самая сильная из менад. Диплекс был закреплен за этим управлением, поскольку здесь всегда самые сложные и трудно раскрываемые дела. После его смерти мы остались без существенной поддержки. В связи с этим я еще в пятницу подписал приказ о переводе.

Услышав такую новость, я чуть не сползла с кресла. Мне стало нечем дышать, словно кто-то одним ударом вышиб весь воздух из легких. Казалось, это какой-то розыгрыш. Вот только сидящий передо мной мужчина не походил на шутника. Все в нем говорило, что он абсолютно серьезен.

– Нир Холден, это невозможно, – мне пришлось собрать всю свою смелость в кулак, чтобы попытаться изменить это решение.