Сердце тьмы

– А вот это мне еще предстоит узнать… – из груди вырвался тяжелый вздох. – Но вряд ли мне понравится ответ.

* * *

В приграничный город мы въехали глубокой ночью. Казалось, иларгам не терпелось поскорее покинуть земли Алмиры. Невзирая на поздний час, нам практически не пришлось ждать разрешения на въезд. Даже издалека я слышала, как натужно заскрипели ворота, которые запирались на ночь в целях безопасности. Оглушительные удары сердца вторили стуку копыт по мостовой, звучащему в ночной тиши особенно громко.

Ведь еще немного, и я буду вынуждена остаться с Тагиром наедине. Может, мне все-таки удастся воззвать к справедливости?

От волнения я не находила себе места, поэтому частенько наблюдала за происходящим через щель в полотне. Однако звуки лютни, струны которой перебирал неопытный или не совсем трезвый человек, и громкие мужские голоса, сливающиеся в единый пьяный хор, я услышала раньше, чем увидела освещаемый факелами двухэтажный бревенчатый дом.

Нас ждали.

Как только кавалькада осадила коней, навстречу выскочил тучный аурин. Донат спрыгнул на землю и протянул ему увесистый кошель. Хозяин трактира пару раз подкинул его в воздухе, прислушиваясь к звону монет, а затем пожал иларгу руку. Вслед за этим раздался громкий свист, и к аурину подбежали несколько мальчишек. Все они были не старше моего Марчела. Воины одним за другим начали устало спешиваться и сгружать со скакунов поклажу. Кто-то из ребят тут же подхватывал вещи и уносил их в дом, а кто-то торопливо уводил коней на заслуженный отдых.

Я и Аника продолжали сидеть в повозке до тех пор, пока весь отряд не скрылся из виду. Только тогда за нами явился Донат. Один. Без Реймира или кого-то еще. В сердце в тот же миг затеплилась надежда на побег. Но серебристая цепочка обвила лодыжку еще до того, как моя нога ступила на землю. Мужчина указал на дверь, и мне пришлось сделать над собой немалое усилие, чтобы сдвинуться с места. Я вновь осматривала местность.

Эта ночь была последним шансом изменить свою участь, ведь завтра иларги пересекут границу, и тогда свобода помашет мне платочком.

Из размышлений меня вывела влюбленная парочка, выскочившая на улицу. Пять ступенек им удалось преодолеть, а на шестой мужчину сильно повело в сторону, и он кубарем скатился с лестницы прямо в грязь, где и остался лежать. Женщина даже не попыталась помочь ему подняться, а с заливистым смехом кинулась обратно в дом.