Я поймаю тебя, Лисица!

Она развернула бумагу и с горящими глазами поинтересовалась:

– Кто?

– Общий знакомый.

Сестра не стала уточнять имени дарителя, сразу поняла, о ком шла речь, и расцвела, будто редкий цветок под лучами восходящего солнца. Заметив укор на моем лице, она смутилась и спешно прижала к груди пирожок, словно я намеревалась отнять его.

– Аралим, – как можно ласковее начала разговор, который следовало бы провести матери. – Я люблю тебя и желаю исключительно счастья, поэтому прошу: выбрось Пирса из головы, пока не поздно.

Он хороший парень, но не пара тебе.

– А кто мне пара? – с вызовом спросила сестра и вскинула подбородок.

Видно, чувства к другу были намного сильнее, чем я предполагала, раз она позволила себе подобную дерзость.

– Кто-нибудь побогаче, – я сделала шаг, и моя гостья попятилась, точно боялась, что мне удастся своим напором переубедить ее, как случалось не раз. – Пойми, Аралим, если в ближайшее время не произойдет чуда и Пирс не поправит дела, ему придется продать замок и уехать в беспросветную глушь.

Ни я, ни мама – никто из нас не желает тебе столь ужасной участи.

Сестра сжала губы и выше подняла голову.

– Не вижу ничего плохого в том, чтобы выйти замуж за любимого мужчину. Если ты иного мнения, может, расскажешь, как заставить сердце замолчать? Впрочем, у кого я спрашиваю, – злобно хмыкнула Аралим. – В тебе ведь нет даже унции женственности, вместо сердца – глыба льда.

Порой мне кажется, что во всем мире не найдется человека, которому под силу растопить его. Знаешь, как за спиной тебя величает высший свет? «Железная дева», «Лорд в юбке», как угодно, только не леди Бланшет. Ты же состоишь из сплошных приказов и отчетов об исполнении. От твоего взгляда хочется спрятаться в каком-нибудь укромном уголке и не высовываться, пока не стихнут шаги.

Внезапно сестра замолчала. То ли закончился запал, то ли сказала все, что накопилось в душе.

Осознав, что сболтнула лишнего, заметно побледнела. Полноватые губы задрожали, из больших синих глаз, обрамленных длинными светлыми ресницами, брызнули крупные слезы. Аралим всхлипнула, развернулась и стремглав покинула комнату.

Пораженная пламенной речью сестры, я опустилась в кресло и около минуты смотрела на массивную дверь невидящим взглядом. В голове раз за разом звучали укоризненные слова Аралим, больно жалящие в самое сердце.