Я поймаю тебя, Лисица!

Став полноправной хозяйкой, отдыхала бы погожим днем с книгой на берегу либо в тенистой беседке или садилась бы в лодку и каталась до изнеможения. Вечером же слушала бы пение цикад, собирала бы в банку светлячков, потом выпускала бы и в прыжке ловила одного-единственного, чтобы загадать желание.

– Сибилла, идем, – строгий голос матери разом положил конец мечтаниям.

Я украдкой одернула платье, желая расправить складки ткани на животе, и первой переступила порог двухэтажного особняка. Меня тотчас окутала спасительная прохлада.

Хоть часы показывали ровно шесть, солнце стояло в небе высоко и жарило не хуже печи.

Холл поражал своим великолепием. Первым делом в глаза бросился журчащий фонтан с золотыми рыбками и сверкающими монетами. Он располагался на пути к широкой лестнице, убегающей на второй этаж. По бокам от нижней ступеньки прямо в мраморном полу росли экзотические растения с насыщенной зеленой листвой и витиеватыми стволами. Многочисленные зеркала в позолоченных оправах иллюзорно расширяли и без того немалое пространство.

Потолок настолько был высок, что, казалось, упирался в самое небо.

– Леди Сибилла Бланшет? – осведомился выросший передо мной дворецкий в черно-белой с золотыми пуговицами ливрее.

Я кивнула, пожалуй, чересчур энергично. Вновь о себе дали знать нервы.

Мужчина поклонился и указал рукой на двери в дальней части дома.

– Прошу следовать за мной, миледи. Вдовствующая герцогиня ожидает вас и ваших родных в Серебряной гостиной.

Сердце билось ровно, не выказывая волнения, внутренний голос молчал.

Поэтому я нацепила улыбку и последовала за вышколенным слугой. Мама и Аралим ступали крайне тихо, едва касаясь белого мрамора, словно боялись оставить на нем царапины своими каблуками.

Серебряная гостиная не уступала холлу по красоте. Стены были драпированы светло-серым шелком, той же тканью с витиеватым узором обиты резные кресла с высокими спинками и диван, рассчитанный на двух-трех человек. Зеркала в серебряных оправах, канделябры из чистейшего и начищенного до блеска серебра.

Белый мрамор на полу также включал серые прожилки. Даже фиолетовое платье на герцогине, грациозно поднявшейся с кресла и поспешившей нам навстречу, было расшито серебряной нитью.

– Леди Сибилла, я рада, что вы все же приняли приглашение и почтили меня своим присутствием, – произнесла женщина, стоило мне исполнить реверанс, и… взяла вдруг за руки, точно давнюю знакомую или даже близкую родственницу. – Ричард поведал, чего ему стоило уговорить вас.