Малыш от чужого папы. НеСлучайная связь

Особенно, когда ты с его мелкой возишься. Нашла у мужика слабое место?

– Чушь какая! – фыркаю, не сдерживая эмоций.

– Уйди с дистанции. Иначе я найду способ от тебя избавиться, – переходит на открытые угрозы.

– Я не участвую в этом забеге! – не сдаюсь до последнего, хотя мне больно и хочется расплакаться от такого отношения. – Интересно, а папа в курсе вашего соревнования? – бросаю как бы между прочим.

– Только попробуй… – пищит Лариса.

Резко поднимаюсь со скамейки. Бросаю последний взгляд на цербера и бусинку.

Мейер оглядывается, будто чувствует, что я смотрю.

Киваю ему, «передавая» малышку под присмотр, и он отвечает тем же, «принимая» свое сокровище. У нас как-то негласно это получается. Артур упорно отвергает мою помощь, но при этом дочь оставляет, только когда рядом или я, или мой отец. А еще без тени злости каждый вечер забирает спящую Софи из моей кровати. Поначалу запретить ей пытался, но понял, что бесполезно. И смирился.

– Кхм-кхм, – многозначительно кашляет мачеха.

Не оглядываясь на нее, мчусь к дому. Влетаю, хлопнув дверью. Но немного остываю, столкнувшись в гостиной с папой.

– О, я как раз тебя искал, – радуется он и протягивает мне деньги. – Держи.

Отшатываюсь и недоуменно поднимаю брови.

– Не нужно, пап. Зачем? – прячу руки за спиной. – Я же дома все время. Скоро работу найду. Не хочу жить нахлебницей здесь.

– Брось, ты что! К празднику себе новых вещичек прикупишь, штучек всяких женских. Ну, мне ли тебя учить. Лора с Алинкой половину банковского счета на «дамские расходы» вытянули…

– Может, им следует затянуть пояса? Или самим заработать, – цежу, едва сдерживая злость и обиду.

 – Для разнообразия?

– Деньги нужны, чтобы их тратить, – отмахивается папа. – Бери.

– Нет, – качаю головой. – И я не иду на День города. Мне это не интересно.

На самом деле, не хочу смотреть, как весь вечер Алина будет красоваться перед Артуром. И предлагать ему себя в новой красивой обертке. Достали все.

Но папе я это не озвучиваю.

Не рассказываю и о том, как разговаривала со мной мачеха в саду. Я не маленькая девочка, чтобы жаловаться. Как бы не хотелось порой ощутить себя таковой.

Чтобы не сорваться, направляюсь в сторону своей комнаты.

– Лилёнок, придется, – просит папа. – Иначе этот австриец упертый опять дочь где-нибудь потеряет.

Замираю посередине гостиной и понимаю: отец прав…

– Сразу видно, что не наш, – продолжает бурчать. – У нас ведь как: дают – бери, бьют – беги.