Хвост Греры

«Они же для моего блага…» Я все понимала, но он ответил верно – бессмысленно. Я не могла его «впустить», и потому ссыпалась тонкая струйка песочных часов в нижний ярус.

В расход… Сегодня? Завтра?

Наверное, было утро, потому что нас покормили чем-то похожим на рисовую кашу, дали воды, сняли ошейники. А теперь тот, кто оставил попытки со мной «поладить» – кареглазый Комиссионер с каменным выражением лица, – просто вышел за дверь.

И в комнате остался другой. Выше, крепче, тот самый, который после прохождения белой полосы бросил мне фразу о том, чтобы «на хороший исход я не рассчитывала».

Второй смотрел на меня долго, протяжно, и я нервничала.

Глупо было спрашивать, но я спросила:

– Вам все равно, умру я или нет?

– А ты сомневаешься?

Странный ответ.

«Ты сомневаешься, что нам все равно?»

«Сомневаешься, что нам не все равно?»

Им все равно, я знала.

Минута тишины.

– Мы должны в тебя посмотреть, понимаешь?

– Понимаю…

Его голос не холодный, скорее, спокойный. Голос человека, который никуда не торопится, у которого есть время. Как объяснить, что у меня просто не выходит?

Я почему-то боялась того, что он тоже уйдет. Это будет означать конец их попыток.

– Вы… филлер?

Уголок рта того, кто стоял напротив, едва заметно дернулся. «Док слишком много болтает». А вместо ответа другое:

– Давай попробуем еще раз? – Наверное, это было тем, что я хотела услышать – они не отказались от попыток, – но страх перед тошнотворными спазмами опять усилился.

Менее всего я ожидала, что мое мнение здесь кого-то интересует.

– Почему вы спрашиваете? Зачем?

«Вам ведь все равно».

– Потому что твое добровольное согласие в этом случае может помочь.

Я должна была сказать да. Вдруг этот процесс приведет к тому, что все пойдет на лад?

– Не боитесь заразиться? – спросила, оттягивая момент, когда придется снова чувствовать тошноту.

– Нет. – У безымянного второго были удивительные глаза – двуцветные. Синие по внешней окружности, светло-серые у зрачка. И ясный черный ободок, удивительно четкий. – Грера не любит нашу энергию.

«Зато очень любит человеческую».

– Что вы хотите… во мне… увидеть?

Думала, он не пояснит, но повезло, со мной пока еще «возились».

– Нужно просканировать твой участок памяти, когда все случилось, оценить шансы на заражение.