Я, ты и дракон

В чем же тогда интерес Лены к этому миру? Неужели на мужика польстилась? На нее это было непохоже. Наверное, есть что-то еще…

Я снова взглянула на этот Эверест и тяжело вздохнула. Моя бабушка родилась в глубинке и частенько перед сном делилась с нами воспоминаниями о своей молодости. Ей довелось застать время, когда бытовой химией еще и не пахло. Из ее рассказов я знала, что жирная посуда хорошо отмывается горячим картофельным отваром и раствором золы или щелоком, как тогда его называли.

Первым делом я максимально вычерпала грязную воду, затем попросила у мальчика, следившего за огнем в печах, насыпать в ведерко пепла, и добавила его в чан. Оставив дальше отмокать посуду на этот раз в щелочном растворе, взяла пару кастрюлек и вышла на улицу, чтобы натереть их песком, вложенным в пучок травы.

Занимаясь нудным делом, я думала то о Лене, то о бывшем однокласснике. Первая на меня сейчас явно злилась из-за браслета и не совсем внезапного для нее исчезновения, по второму же я сохла не один год, мечтая стать его женой.

Кто знает, чем бы закончилась наша встреча? Хоть замуж и не стремилась, предложение Артура наверняка приняла бы без колебаний. А он намекал о цели своего визита, и не раз. Говорил, что отчасти из-за меня собирается в Москву. Казалось, я его знала как свои пять пальцев. Просто мне не хотелось повторить судьбу своей матери: остаться одной с двумя детьми на руках. Правда, она и сама потом сбежала, бросив нас на бабушку.

Когда солнце начинало сильно припекать, я оставляла котелки и возвращалась в кухню. Дело спорилось. Большого ума в нем не надо. Десять лет назад по окончании политехнического колледжа мне уже довелось работать посудомойкой в столовой при большом машиностроительном заводе. Без стажа и навыков кому я была нужна на тот момент? Платили копейки, зато никогда не голодала – и завтракала, и обедала, и ужинала там. Отработав год, моя душа пожелала перемен, и я последовала ее зову, устроившись в салон красоты мастером по татуажу бровей и губ.

Однако это тоже быстро наскучило. В итоге я занялась тем, что мне больше всего нравилось – рисованием, пусть и не на бумаге.

Пока мыла посуду, прислушивалась к разговорам, ловила каждое слово, пытаясь узнать хоть что-то о Паталии и существующих в ней порядках. Но ничего значимого из этих бесед так и не вынесла.