Избранные

 – Берт отвел меня в сторону и сказал: «Мне кажется, у тебя получается хуже, когда на тебя смотрят».

– Ага, а потом он дал тебе задание стать убийцей-одиночкой! – воскликнул Алби. – Говорю тебе, так оно и было!

– Да как ты можешь мне говорить, что там было, если тебя-то там и в помине не было! Тем более что я и не убивала никого.

– Вот я тебе и говорю – ты была реально крутой Избранной. Не то что я – пушечное мясо. Берти мне так и говорил: «Алби, ты незаменим в атаке, Мэтту очень повезло, что у него есть ты».

Ага. Ты, чтобы погибнуть вместо Мэтта и дать ему возможность двигаться дальше, чтобы спасти этот мир.

Слоан покачала головой:

– Ты же знаешь, он не это имел в виду.

Алби пожал плечами.

– Вот ведь вы засранцы! – Эстер переступила порог бара, одетая в пальто из искусственного меха, распушенный воротник был похож на старомодную метелку для пыли. За ее спиной стояла Инес, у двери стряхивал снег с плеч Мэтт.

– В следующий раз, когда соберетесь свалить, предупреждайте. Какая-то женщина рассказывала мне о своей поездке во Флоренцию битых двадцать минут!

Она бросила свой клатч на барную стойку и сделала знак бармену, попросив налить ей джина с тоником.

– Привет, – сказал Мэтт и положил руки на плечи Слоан. У него были холодные пальцы. – Странно ты решила отпраздновать нашу помолвку, не находишь?

– Ну вот, веселью пришел конец, – сказала Слоан Алби.

– Тс-сс, – ответил Алби. – Он тебя слышит.

– Господи помилуй! Слоан, скажи, что ты чувствуешь на самом деле? – спросил Мэтт сухо.

– Я сожалею о том, что напялила на себя все это синтетическое корректирующее белье, – ответила Слоан. – Присядь, выпей чего-нибудь.

– А что это ты ноги в салфетки завернула? – спросила ее Эстер.

– Если бы я послушалась Алби, я бы уже вся тут завернутая в салфетки сидела. – объяснила Слоан. – Как шаурма.

Ей не нравилось то, как Мэтт смотрел на нее. Как будто она сломалась у обочины дороги, и он заглядывал под капот, чтобы понять, в чем проблема. Как будто в ней было что-то не так, и он мог это исправить.

Возможно, это и было их основной проблемой – он не видел ее, он видел некий образ, который он был готов принять с некоторыми изменениями, а она просто хотела, чтобы ее оставили в покое, вот такой пустой и сломанной, какая она есть.

– Ты знаешь, – сказала она, подперев щеку рукой. – А мне нравится быть такой.

– Такой пьяной? Ну, многим нравится, Слоан, – ответил Мэтт. Его рука все еще была на ее плече.