Целуя девушек в снегу

Погнали!

– Да ты чего, Серёга, – изумлённо парировал вечно ноющий, худосочный мачо Савельич, – она уж минут пять, как ту—ту сделала.

Он жил возле вокзала и расписание знал гораздо лучше других.

– Да нет! – упёрся Травкин. – Говорю я тебе, она ещё не ушла. Гарантирую на 100%. Я на той неделе вот так же на трамвай опоздал, и пришлось ехать на ней. Пошагали, давайте, быстрее. Опоздаем же!

– «Так вы будете сегодня пихать, или вы не будете сегодня пихать?» – гоготнул Пустышкин, процитировав Серёгу.

[1 - См. А. Светлов. «Перекрёстки детства»]

Тот в шутку замахнулся на него кулаком, а Лазаревич, поправив указательным пальцем сползающие с переносицы дымчатые очки, интеллигентно и резонно заметил:

– Вы, блин, спорщики! Короче, уже чего—нибудь решайте! Или трамвай ждём, или на вокзал двигаем.

– Да мне—то пофиг, – пожав плечами, мгновенно согласился Савельич, – на электричку, значит на электричку.

И мы бегом припустили к каменным ступеням, ведшим внутрь железнодорожного вокзала.

– Может там, сквозь ворота? – на ходу задал я в пустоту вопрос, махнув в сторону зелёных решетчатых ворот, выводивших непосредственно к железнодорожному полотну.

– Не успеем, – отмахнулся Серж, – напрямую, по вокзалу.

Удачно, ни разу не поскользнувшись на полированном промёрзшем граните, мы, напоминая пьяных от весны, щебечущих воробушков, взлетели к тугим маятниковым дверям вокзала и, запыхавшись, ввалились внутрь. Снаружи, у самого входа, бабульки раскладывали на деревянных ящиках из—под яблок, свой нехитрый товар, предназначенный для продажи: ношеные вещички, вязаные варежки и носки, какие—то старые журналы, неизменные жареные семечки в бумажных пакетиках из газет, пачки сигарет, которыми, и без бабулек, до отказа забивались полки в каждом киоске, жвачки, бутылки с пивом и водкой неизвестного происхождения.

Стояло раннее утро, и внутри помещения только начинали открывать многочисленные ларьки, расположившиеся вдоль давно не ремонтированных стен с осыпающейся на грязный пол, неуютной казённой, светло—синей краской.

Массовое завоевание внутренней территории вокзала лотошниками и ларёчниками взяло старт около года назад. Застрельщиками в этом деле стали газетчики, оттяпавшие самый лакомый кусок неподалёку от билетных касс пригородного сообщения. Здесь они разворачивали раскладушки, предварительно модернизированные фанерным покрытием.