Имитация

Мы казались несовместимыми, слишком разными. Но на деле подходили друг другу идеально. Он уж точно мне подходил…

Два года он был моим спасением от волн работы и забот, что день за днем захлестывали меня, старались потопить. Месяца три назад мы начали ссориться, потому что я хоронила себя под крупными проектами и трудностями Брайана. Итан мог понять работу, ведь и сам он, погружаясь в очередную картину, не слышал ничего и никого вокруг. Но его тревожило, что я не думала о себе и жертвовала своей жизнью ради жизни Брайана.

В какой-то момент ссоры стали невыносимыми, я стала невыносимой, несла всякую агрессивную чушь, срывалась на нем, стараясь уколоть как можно больнее. И он ушел. Просто развернулся в разгар ссоры и ушел. Когда я позвонила спустя пару часов, спокойно ответил и с горечью сказал: «Давай расстанемся?». Я крикнула: «С радостью!» и разбила телефон об стену. Я все ждала, когда он успокоится и вернется. Но суть в том, что он и был спокоен, это я истерила, а он не выдержал. И не должен был.

Мне не хватало его.

Я знала, что смогу переболеть даже расставание с ним, но мне нужно было время, передышка. Возможность наедине с собой вспомнить все хорошее, что мы дали друг другу, и отпустить это. Я рассчитывала на отпуск. Поездка на банальные скучные острова без телефона, забронированная вилла далеко от людей, теплая вода – это все помогло бы. Но вместо этого мне вручили точную копию Итана.

Щеки коснулось что-то мокрое и ледяное. Я смахнула кончиками пальцев непрошенную слезу. Мое движение привлекло внимание Майкла.

– Ты себя плохо чувствуешь?

– А что, хочешь сделать мне искусственное дыхание? – огрызнулась я. – Нет, все хорошо.

Он не стал спорить. Я отмахнулась от мысли, что Итан бы непременно начал выспрашивать, допытываться. И допытался бы. И утешил бы так, как только он умел.

Майкл припарковался у дома Брайана. Я вручила ему пакеты с покупками, велела нести на кухню и поплелась следом. И тут я кое-что вспомнила.

– Иди в дом, Майкл. Я вернусь к машине ненадолго, – бросила я и пошла назад к внедорожнику.

Открыла багажник и улыбнулась спортивной сумке с одеждой для йоги и кроссовками. Я стала переобуваться прямо здесь, потому что еще шаг на каблуках, и я бы рухнула там, где стояла. И очень не хотелось снова оказываться в руках Майкла. Кроссовки были моим оберегом от неловкой ситуации. Швырнула туфли, забрала сумку, захлопнула дверь. Повернулась к дому и едва не заорала от испуга, налетев на Майкла, держащего покупки.