Письма в никуда

– Да, конечно! Вы, несомненно, правы, Ваше Высочество! – подобострастно ответил кастелян, недобро поглядывая в сторону горничных. Барон явно был взбешён этой выходкой, а также напуган возможной реакцией принца.

Как долго они простояли в столовой и как много услышали, Анна не знала. Подавляя страх, она пыталась прийти в себя, но тут в коридоре раздался топот бегущих ног, в помещении появился ещё один знакомый человек.

– Рон, это просто возмутительно! Идиоты, охраняющие ворота, не пропустили её, и поэтому её здесь нет! – раздражённо сказал Витан.

Взгляд его бегло скользнул по лицам горничным, не находя в них ничего интересного, но тут он вновь посмотрел на Анну и опешил. И она обречённо поняла, что её узнали. Витан открыл рот, желая что-то сказать, но принц опередил его:

– Прискорбно, герцог, это столь прискорбно! Я думаю, нам стоит незамедлительно заняться нравственным воспитанием наших подданных.

– Рон, что всё это… значит? – переспросил Витан, не замечая угрожающего тона.

– Пойдём, Витольд. У нас накопилось много работы. Не будем отвлекать девушек, иначе мы так никогда не поужинаем. Барон, вы тоже мне нужны, – Его Высочество пристально посмотрел на всех напоследок, и горничные поспешно склонили головы. Затем он увёл за собой озадаченного и нуждающегося в объяснениях Витольда, немного удивлённого барона, и в столовой воцарилась тишина.

Безумное желание как можно быстрее уносить ноги из замка чуточку утихло. Да и куда теперь можно спрятаться от опасного, властного человека, настоящего безудержного хищника? Одетый в чёрный мундир, лишённый излишних украшений и мелких деталей, он действительно напоминал дикого зверя. Анна понимала, что умудрилась невольно стать объектом его внимания, и от этого кровь стыла в её жилах. Анализируя эту ситуацию и произнесённые слова, она корила себя за болтливый язык.

Из этого невменяемого состояния её вывела Оливия, шепнув, что нужно приниматься за работу. Пребывая в тумане мыслей, Анна автоматически вернулась к прерванному заданию. Девушки, лишившиеся смелости и уверенности, мудро держали языки за зубами. Завершив сервировку и уступив место поварам и официантам, горничные отправились в людскую, где свободных слуг собирала мадам Заполье. И Анна прекрасно понимала, что хвалить их не будут.