Письма в никуда

Огласке предали бы лишь то, что семьи удалились в свои замки и поместья, доступ в которые отныне закрыт для посторонних. Раньше такого никогда не было, но после поимки и допроса вражеских лазутчиков всё изменилось. Оказалось, в большинстве случаев правящую верхушку, включая даже женщин и детей, уничтожают или ссылают, предварительно лишив силы, а вместо них назначают наместников.

Значит, этот момент настал. Неудивительно, ведь совсем недавно был захвачен Лойс, их непосредственный сосед, и начали поступать донесения о концентрации войск противника у границ.

Стало понятно, что Империя подготовлена и может захватить их в любой день. Мир сразу неприятно померк от этих мыслей, его краски потускнели. Изабелла зажмурилась, по спине пробежал холодок неприятного предчувствия.

– Прошу, не надо, – прошептала она и попыталась спрятаться в его объятьях, – ты же говорил, вы что-то придумали…

– Прости меня, Бел, прости, – протянул муж, зарываясь в её волосы.

Изабеллу преследовало ощущение неправильности происходящего; раздражающего диссонанса.

Пусть это и неприятный момент, но он уже был неоднократно пережит во снах. Однако сейчас что-то было не так. И эти слова…

– Я не должен был вас отпускать. Вы там совсем одни, я даже не знаю, что с вами… – почти шёпотом произнёс он, крепче прижимая её к себе. – День ото дня перечитываю все твои письма, пишу сам, жду ответа. Снова и снова. Они говорят, что нужно жить дальше, что вас уже не вернуть, надо думать о долге и стране. А я всё пытаюсь пробить этот демонов барьер! И пишу вновь… ты получаешь мои письма? Пишешь мне письма?

Сколько боли и отчаяния было в его словах.

Изабелла резко вскинула голову и встретилась взглядом с супругом. Лицо его было таким знакомым, родным, но в то же время совсем другим, осунувшимся и постаревшим. В глазах застыло глубокое отчаяние, под ними появились тёмные круги, на висках пробивалась седина. Он так сильно изменился – Изабелла помнила его вовсе не таким. В её мыслях Эдвард по-прежнему был решителен и невозмутим.

– Знаешь, за это время мы научились сдерживать имперцев. Но какой смысл во всём этом, если вы всё равно в логове врага, а мы до сих пор не можем пробиться за этот демонов барьер!

– Эд, с нами всё хорошо. Мы живы, – прошептала она. Сказав часть правды, Изабелла хотела утешить мужа, пусть даже и во сне. Живы, да… она грустно улыбнулась своим мыслям. Сон был невероятно странным.

Мужчина неожиданно встрепенулся, в глазах его зажглась надежда.