Хикари идёт воевать

Потом мы не разговариваем пару дней. А после наступает неизбежное примирение, и бабушка с усиленным, почти фанатичным рвением принимается откармливать похудевшую меня, а я с неделю не заикаюсь о сражениях и послушно пасу баранов. Ну, а потом все заново.

– Всё воюете? – раздалось за моей спиной, и я повернулась, чтобы увидеть худющую фигуру кузнеца.

Рин стоял улыбаясь, и в темноте его почти не было видно, только эта белозубая улыбка да искры в глазах, которые умудрялись отражать свет едва проявившихся на потемневшем небосклоне звезд.

Рин был другом детства и соседом по улице. Их дом стоял через три от нашего.

– Да, немного, – отозвалась я, и попыталась сдуть прядь волос, маячущую перед глазами.

– Да, – эхом отозвался кузнец, он все еще улыбался, но глаза скользнули с моего лица, осмотрев с ног до головы, и дружелюбная усмешка сползла с лица Рина. Парень удивленно присвистнул:

– Это кто ж тебя так отделал? У тебя что там… кровь?? – указав на перемазанные кровью доспехи, парень ошарашенно уставился на мненя округлившимися от неподдельного ужаса глазами.

Рин с детства боялся крови. Это у них семейное. И вот ведь рассмотрел в темноте-то…

– Дайпатор, – только и выдохнула я. Друг знал о моих намерениях отправиться в параллельный мир. Поэтому объяснять дальше смысла не было.

– Я знал, конечно, что ты ненормальная, но что на всю голову…

– Рин, – оборвала я дружественную критику, парень понятливо кивнул и замолчал. – Я доспехи не могу снять, – пожаловалась я, чувствуя, как ноет спина от тяжести, и ноги начинают мелко подрагивать в районе колен.

– Пойдем, – подскочил кузнец и, развернувшись, уже сделал пару шагов, потом вернулся, выхватил сумку из моих рук и попытался поднять стоящий на земле молот. И приподнял, но тут же уронил обратно и раздраженно зашипел.

– Брось, сама донесу, – успокоила я парня и, ухватившись за рукоять, закинула молот на плечо, поймав на себе завистливый взгляд темно-зеленых глаз.

Друг хоть и мечтал стать кузнецом, но телосложением не вышел. Был щуплым с самого младенчества. Так что о том, чтобы поднять молот, он только мечтал. Поэтому в кузне занимался скорее умственным трудом, нежели физическим – придумывал крепления, продумывал формы будущего изделия и смешивал металлы для варки стали, стараясь увеличить прочность и гибкость. Отец Рина не мог нарадоваться на смышленость своего младшего сына. А вот сам Рин… Да, что тут сказать.