Хикари идёт воевать

Я тоже остановилась и попыталась объясниться:

– Бабуль, я золото принесла…

– Да кому сдалось твое золото?! Я тебя просила? Тебе чего-то не хватало? Ты может недоедала? – опять устремившись в мою сторону, вопросила женщина, а я, ускорившись, побежала вдоль дороги, которая огибала нашу деревню по кругу.

– Нет, баб, но за дом нужно заплатить! – выкрикнула я, не сбавляя скорости.

Но бабушка не отставала и, размахивая не бегу палкой, еще успевала высказываться:

– Вот я тебе покажу золото и дом! Вот догоню только.

Вся в отца пошла. Тому не жилось спокойно. И чего?! Оставил после себя дитё на мать больную! Ничего! Я вобью в тебя разуменье. Бараны ей надоели! Вишь чего захотела! Сражаться?! Отхожу хворостиной по заднице, и сразу всю блаж как рукой снимет. Забудешь в какой стороне ничейные земли находятся…

От бабушкиного крика загорались окна в стоящих неподалеку домах. Еще немного и люди начнут выходить на улицу, чтобы посмотреть, кто это орет посреди ночи.

Остановилась, пытаясь отдышаться. Вот подумать только, меньше часа назад сражалась с монстром Дайпатора, а сейчас трусливо убегаю от бабушки, которая грозит отходить хворостиной…

Затормозила.

Опустила к ногам гадо, стащила с плеча сумку. И выдохнув, обреченно повернулась к неумолимо приблежающейся пыхтящей бабуле. Та остановилась в паре шагов и что-то хотела сказать, но задохнулась от слишком быстрого для нее бега и тяжело задышала, со свистом втягивая воздух.

Потом все же замахнулась прутом, но рука так и осталась поднятой, а бабушка резко выдохнула, поджав губы.

Во взгляде прозрачно синих глаз читалось столько боли и непонимания, что мне отчаянно захотелось, чтобы эта хворостина все же опустилась и воздала положенное мне наказание.

Но женщина уронила руку, а я вот уже в который раз попыталась объяснить:

– Бабуль, я… у меня получилось. В сумке золото и его должно хватить…

– Уходи, – прошептала женщина, а глаза, смотрящие на меня, наполнились слезами. – Ты однажды не вернешься, а я не переживу. Поэтому уходи сейчас.

Чтобы я не знала.

– Ну, бабуль! – позвала я, но женщина отвернулась и побрела в сторону дома.

Возможно, со стороны могло показаться, что это те самые слова, после которых близкие люди расстаются и их жизненные пути расходятся навсегда и бесповоротно. Но у нас с бабушкой Го такое часто бывало. Характеры слишком вспыльчивые. Бывало вот так прогонит по деревне, а иногда все-таки и отходит хворостиной, но часа через два я уже молча возвращаюсь домой.