Оковы завтрашнего сна

 – Я жду ответа, мистер Мортон!

Тот сидя в кресле, сжался весь, начал тереть глаза, и его лицо мгновенно превратилось в печеное яблоко, а на хилой бледной шее появились красные пятна.

– Разве вы не хотите помочь своей дочери?

Нависшую тишину, непрерываемую даже раскатами грома, никто не нарушал. Бедфорд упёрся в спинку дивана, тяжело дышал, пытаясь унять в себе нетерпение высказать Клиффорду всё: что от его молчания Кейт лучше не станет, что до сих пор неизвестно – жива она или нет, а её отец сам усугубляет ситуацию.

Бедфорд даже хотел, нет, жаждал упрекнуть его в том, что тот ничего не сказал о другой пропавшей девушке, и что теперь этот факт меняет абсолютно все. Это теперь не обычное исчезновение девушки, а возможно дело рук серийного маньяка. Но этими всеми мыслями и доводами он не мог спугнуть жалкую пташку, жавшуюся в обивку кресла.

– Мистер Мортон…

– Да, – тихо процедил тот, как будто ответил не детективу, а дал разрешение самому себе на раскрытие того, что его самого мучило долгое время.

 – Да. Я был против отношений между моей дочерью и этим Бруксом, – последнее слово он словно выплюнул. – Впрочем, я ничего не имел против их общения, но…

Мортон прервался, сглотнул, будто проглатывал неуверенность и сожаление о сделанном, каясь в каждой секунде прошлого.

– Но у них все зашло далеко, – подсказал детектив.

– Да. Моя дочь влюбилась в него и намекала мне на ужин, где хотела нас познакомить. Но я-то знал, чем это закончится.

– Поэтому и запретили общаться Кейт с Брайаном.

Запретили и пригрозили! – не выдержал Бедфорд.

– Я не хотел делать ей больно, хотел только, чтобы она была счастлива.

– И вам, конечно, не надо было бы обеспечивать ещё и безработного Брукса.

Мортон мгновенно поднял окрашенные плотной сеточкой красных капилляров глаза, в которых виднелась злость в том числе и на самого себя и обида, что всё стало известно в одночасье.

Детектив, фыркнув, пошёл прочь из библиотеки.

– Поймите…

– Нет, мистер Мортон, это вы поймите меня! Сейчас вашей дочери грозит опасность, и ей нужна помощь, а понимать вас и слушать будет она.

Если, конечно, останется жива.

Детектив вышел из поместья на дорожку, отдав своё тело во владение принизывавшему до дрожи дождю. Капли впитывались в его тёмно-зелёный пиджак, мочили волосы и падали на лицо. Они стекали по лбу, носу, охлаждая кожу, и ему казалось, что именно сейчас от него исходит пар, ровно так же, как когда на горячую конфорку опрокинули стакан воды.