Прости за любовь

Да, эти подарки он вёз другим, но ему очень хотелось подарить их этим людям. Для бабушки он достал варежки-меховушки с красивым орнаментом, которые купил для мамули, она любитель такой красоты; для девочки – куклу, это один из подарков для маленькой племянницы; для Вики… Генрих немного помедлил с подарком для девушки и достал золотой браслет. Этот браслет он хотел подарить Дашке. Внутренний голос настойчиво требовал отпустить прошлое, но вот про будущее – молчал. И Генрих решился. Ещё раз глянул на браслет, на нём была выгравирована надпись: «Помни – я всегда буду рядом».

Мужчина уверенно закрыл коробочку и положил её в карман, решив, что именно Виктория должна носить этот браслет на своём запястье. Именно она…

Когда он вернулся в дом, его ждали уже три дамы. К бабушке и Вике присоединилась девчушка лет пяти-семи, худенькая, бледненькая, но с очень красивыми живыми карими глазками. Девочка поздоровалась и начала задавать ему свои многочисленные вопросы, развлекая Генриха разговорами, пока бабушка хлопотала у праздничного стола, а Вика приводила себя в порядок в соседней комнате.

Была уже почти полночь, когда бабушка пригласила всех к столу. Под бой курантов открыли детское шампанское. Пришло время подарков. Оленька была в восторге от подарка Вики. Большой белый мишка пришёлся по душе девчонке.

– У меня тоже есть небольшие подарки для вас. Извините, если я не угадал ваши желания, – улыбнулся Генрих, – но подарки от чистого сердца.

Генрих подарил подарок бабушке, чем вызвал её улыбку.

– Спасибо, сынок.

Чуткое у тебя сердце, – поблагодарила старушка.

– Оленька, это тебе, малышка. Дед Мороз просил передать, – Генрих протянул девчушке куклу.

Девчонка взяла куклу и запрыгала от радости. У девочек кукл много не бывает. Такой у неё точно не было.

– Вика, Вика, это ты, – защебетала Оленька, обнаружив сходство новой куклы с сестрой.

– Вика, а это тебе.

Генрих открыл коробочку с браслетом перед девушкой. Вика нерешительно протянула к подарку руку, провела по браслету пальчиком.

Улыбнулась застенчиво. Генрих легко застегнул браслет на её запястье.

– Ты же это не мне вёз, – одними губами нерешительно проговорила девушка, готовая отказаться от подарка.

– Это уже совсем не важно. Потом… – также тихо ответил Генрих.

Они ещё немного посидели за праздничным столом. Оленька начала клевать носом. Вика отнесла её в кровать.

– Сынок, имя у тебя…

Генрих догадался, что хотела сказать бабушка.

– Да, Клавдия Ивановна, не русское.