Гимны забытых созданий

Если нет – положите билет обратно. Но предпочтительней – следуйте, мы знаем лучше. Мы все знаем лучше».

Самый странный билет в жизни. Но к чему пренебрегать советом, если не знаешь, куда идти? Диана сжала билет в кулаке, подошла к желтой черте, проведенной у края платформы, и стала ждать поезд.

Свист-стук – что-то давно забытое. Старая электричка подъехала к станции и дружелюбно раскрыла двери. Диана вошла внутрь.

Старый салон, где дешевые лавочки «под кожу» стоят рядами. Грязные стекла, коричневый пол и один плакат, призывающий всех всегда остерегаться опасностей.

Диана не знала, куда податься. В вагоне было пусто, но она чувствовала всей кожей, всем сердцем, что здесь кто-то есть.

Это не то жуткое ощущение, когда ты светишь фонариком в непроглядную тьму с возгласом: «Кто здесь?», а то, когда ты находишься в толпе, но с закрытыми глазами.

Келпи прыгнула на одно из сидений, ближе к центру вагона. Если место заняла собака – значит, там свободно, и Диана осторожно прошла ближе, сев у окна.

Отсыревший, покосившийся, живой пригород. Лес перемешивается с домами и полями, кто-то за забором прямо у серого трехэтажного дома, рубит бревна. И ничего странного, кроме осознания и ощущения нет.

И этого.

На ручку переднего сиденья вдруг села трехглазая птица в маленькой кепке и с миниатюрной сумкой, надетой через пернатое плечо. Сойка защебетала, требуя чего-то.

Поди, догадайся! Хотя… Диана протянула ей билет. Птица взглянула на него, наклонив крохотную голову в бок, кивнула, провела по бумаге когтистой лапкой, оставив три царапины, и улетела.

Салон наполнился сладковатым, удушливым запахом. Видимо, чьи-то духи.

Келпи лизнула Диану в плечо. Та улыбнулась и обняла собаку.

Отчего же во сне так хочется спать?

Изар

Некоторые из них вышли на поверхность в поисках чего-то. Скорее всего, еды: других целей там и не намечалось.

Изар сидел на краю платформы, он смотрел на пустую стену, прямо перед собой, а видел мертвый город.

Он, вроде как, сторожил вещи, но на самом деле это было оправданием для того, чтобы остаться внизу.

В углу валялись пьяницы на грязных матрацах с пустыми бутылками в обнимку; картежники играли друг с другом, рассевшись кругом на рваной простыне – иногда кто-нибудь из них подходил к запасам и выгребал оттуда чипсы или пиво. И вот тогда Изар нервничал больше, чем обычно: его всегда могли схватить.

Просто потому, что им так хочется, звери потому что.