Polo, или Зеленые оковы

Сломаешь даже самого умного и доброго, красивого и здорового. Никто не уйдет от твоего всевидящего ока. Только до кого-то ты доберешься чуть позже.

Мормон, фыркая, подплыл к Отцу:

–Ух, ты,– он ухватился за длинный рукав ивы, к которой была привязана сеть.– И много рыбы?

–Пару щук да мелочи разной,– махнул рукой Отец.– Басмач– это очень скупая скотина. Продам я его в поликлинику для опытов…

Друзья резвились в воде. Гонялись за пугливой маленькой пресноводной акулой, после отвязали сеть и поплыли к берегу.

–Она, надеюсь у тебя не заразная здесь?– Спросила Суся.

–Есть немножко,– ответил Отец,– немножко вируса Кавасаки и иммунодефицита человека, а так нормально, клевать можно.

–Тогда все в порядке.– Кивнула Суся.

–Знаешь ведь первые признаки ВИЧ– инфекции?– Спросил Отца Мормон. Суся хрюкнула себе под нос.

–В роде немотивированный субфебрилитет в течение месяца?– Спросил несмело Отец.

–Нет,– покачал головой Мормон,– раньше.

–Да черти его знают,– Отец пожал плечами,– диарея?

–Еще раньше.

–Нюра, ну-ка, скажи.– Отец сверкнул глазами на Нюру.

Девчонка сконфужено произнесла:

–Это когда люди болеть начинают.– Друзья переглянулись.

–Да,– махнул на нее Отец и шепотом добавил,– лучше жевать, чем говорить. Нюра ну-ка соль для рыбы тащи и нож.

–Самые первые признаки– это чувство инородного тела в прямой кишке и жаркое дыхание в затылок.

Отец покатился на земле:

–Ой, Мормон, насмешил,– смеялся Отец.– Ты только Нюре это не говори, она меня неделю пытать расспросами будет. Что да как. Хорошо.

Немного отдышавшись, Отец спросил:

–А от СПИДа лекарство уже изобрели?

–Да давно уж. Так не при тебе его нашли, что ли?– Удивилась Суся.– Сегодня это как простуда. Правда, им уже давно никто не болел. Извели его, как малярию.

Разделав рыбу и засыпав ее солью, Отец с Мормоном пристроились к столику, где их уже поджидал подвыпивший и смотревший на мир одним глазом Пиначет.

Алкоголь– удивительная вещь. Когда он находится в бутылке, он не радует душу. Стоит ему привязаться к компании эритроцитов, которые всегда бегают кучей, начинает сужаться поле зрения. В итоге мир видится сквозь маленькую точку и наутро просто невозможно вспомнить все детали, которые было видно сквозь нее.

Пиначет сосредоточился на Сусе.