Орфей неприкаянный

Едва я немного очухался и пришёл в сознание, меня сплавили в Губернск, ибо в родном Тачанске медицинское обслуживание зареформировали до крайней степени, и светила почёсывали затылки и размышляли, сразу меня похоронить или предоставить шанс помучиться. Нестандартное проникающее ранение поставило их в тупик.

Следователю, или дознавателю, не сохранилось в памяти, кем он представился, я давал показания лишь однажды, перед самой отправкой в Губернск, и разговор у нас продолжался приблизительно пятнадцать – двадцать минут.

В основном, он свёлся к вопросам капитана, узнал ли я нападавшего, имеются ли злобные недруги, и кого бы я мог заподозрить в организации нападения.

– Нет, ударившего меня ножом, я не знаю. Впервые столкнулся. Врагов стараюсь не наживать. Тем паче, способных на подобное. Нет, описать не в состоянии. Слишком неожиданно события разворачивались. Он ткнул и убежал. Может, пьяный, бомж, наркоман на дозу денег искал.

– Вот—вот, деньги, ценности Вы носили с собой?

– Ценности? Нет.

Откуда? Разве, телефон. Мне его вернут?

– Нет, к сожалению. Он будет фигурировать в деле, как улика. Да и нельзя с него теперь звонить. Если б не сотовый, не беседовали бы мы с Вами сейчас. Лезвие по нему скользнуло и вниз отклонилось. А иначе, исходя из траектории, прямо в сердце вошло бы. Но экран изуродован. Потому… сомнительно… Говорите, обрисовать преступника не получится?

– Нет, навряд ли. Не разглядел толком. Тёмное расплывчатое пятно вместо лица.

– Одежда, рост, отличительные приметы?

– Пожалуй, ниже меня, одет в какое—то тряпьё.

Приметы? Не до отличительных примет, ежели в тебя ножиком тыкают.

– В тряпьё?

– Да. Балахон с капюшоном.

– Вероятно, Вы правы. Наркоман или бомж. А что за девушка вас сопровождала? В объяснительной фельдшера «Скорой помощи» упоминается неизвестная, невысокая в сером пальто, сидевшая рядом с Вами в сугробе, и державшая Вас за руку при погрузке в автомобиль. Сказала Фомину, санитару со станции, якобы она – ваша родственница.

А потом исчезла.

– Представления не имею. Предполагаю, прохожая.

– Прохожая? Вы уверены?

– Абсолютно. Я, видите ли, несколько не в форме находился, чтоб у неё паспорт испрашивать. Да и была ли девочка?

– Была. В том—то и дело, что была. Следы на снегу подтверждают слова Фомина.

– Мало ли, кто у подъезда шатается.

– Не мало. Но многие ли из шатающихся у подъезда станут на прощание целовать потерпевшего?

Я отвернулся, и устало уставился в стену.