Три повести. Земля

Многие из людей были служащими тех самых злополучных организаций. И хоть мысли они читать не могли, все же не хотелось попасться на какой-нибудь глупости, поэтому приходилось потворствовать этим созданиям, имеющим своей целью лишь потребление. Находить работу для потребления, здоровье для потребления, интересы для работы для потребления… В общем, они даже на животных похожи не были, просто создания неопределенного типа, предназначенные для зарабатывания сверхприбыли людям, сидящим на высших этажах, которым нужны деньги для власти, а власть для зарабатывания денег.

А излишки, не потраченные

на власть – на потребление. В просветах между улицами уже виднелись серебристые здания, в которых отражалось солнце. Скопление людей, собиравшихся с разных улиц и переулков, становилось все больше. Становилось теснее, здания становились выше, казалось, их шпили упираются в серое онемевшее небо. Показалась первая арка между зданиями.

Первая и главная с этой стороны. Эти здания напоминали триумфальную арку. Но для странников триумфальной являлась арка именно с противоположной стороны

площади, ведущей к дороге трех городов. Толпа становилась невыносимой. Все как на конвейере входили и выходили из зданий, входя на работу и выходя с поручениями, вся картина напоминала движение железных опилок под воздействием магнита. А сами магниты крутили опилки вокруг себя по своей прихоти. Постепенно по течению они попали в тот самый серебряный купол.

Между решеток кованых мостов просачивались лучи света. В самом сердце площади чувствовалось восхищение от увиденного

и чтобы не сбиться с мантр и пройти благополучно, приходилось смотреть под ноги и в серые спины идущего впереди народа. Как это делала большая часть населения этого города. Они не поднимали голову в небо, а постоянно смотрели либо прямо, либо под ноги. Странно, но даже по костюмам можно было отличить, откуда пришел человек: серый костюм – дальние прибрежные районы, серебристый костюм – высшее общество, люди без костюмов в офисы даже не заходят и сотрудниками оных не являются.

Кажется, у них это называлось стилем или модой. Для Марии же это было похоже на метки для подопытных крыс. Путь по центру казался вечностью, хотя шли они полчаса. От

монотонности окружения и мыслей, можно было сойти с ума.