Риданские истории

Его трясло крупной дрожью от боли.

– Что же делать? – пытаясь найти ответ, он в панике осмотрелся. По бокам отвесные стены гор, не залезть. Мешала бы еще и разорванная когтями грудь… Внизу смерть от удара о скалы. Позади смерть от клыков чудовища. Он вспомнил то, что осталось от Ника Льюиса. Тошнота опять захлестнула тело и вырвалась наружу коричневой жижей Джефу под ноги. Голова была готова лопнуть, а глаза налились слезами. – Вот и все, Джеф, это конец, – сказал он себе. – Никто не узнает, как все случилось на самом деле.

Мое место в управлении займет новый служащий. А Мэри найдет другого… Мэри…

Ему еще ни разу за все время, проведенное с ней, не хотелось обнять ее так крепко. Прижаться к теплой груди, обхватить за талию и зарыться лицом в ее пахнущие цветочным ароматом волосы…

Его горестные грезы прервал дикий рев и топот тяжелых ног за спиной. Затем раздался удар, от которого пробежала дрожь по горной толще. Послышался треск осыпающихся камешков.

От неожиданности ступня Джефа скользнула с уступа по кашице собственной рвоты. Потеряв равновесие, Джеф всем весом накренился вперед. Вскинув руки в стороны, он попытался ухватиться за что угодно, любой бугорок на скале или растительность, но пальцы ощутили только бесплотный воздух…

Последнее, что он увидел перед тем как уйти в бесконечную темноту, были сверкающие желтые глаза лохматого великана, похожего на Йети на картинках рисованных комиксов, только гораздо страшнее и реальнее.

Сердце Джефа сдавило тугими клещами, в легких не хватало воздуха. Несколько секунд остановившегося навсегда времени. Хрустящий удар.

– Везите тело в морг, – распорядилась Барбара Смит, затем повернулась к Джону Брауну, – Ты тоже можешь ехать домой, стажер, сегодня был очень тяжёлый день. У всех нас, – добавила она со вздохом.

– Барбара, вы давно были знакомы с ним? – осторожно спросил Джон.

– Да, он много лет работал с нами.

Ждал перевода в другой город и вот…

– Это ужасно.

Барбара не ответила. Повернувшись к морю, она поглядела на оранжевый закат. Солнце клонилось к горизонту. Скоро оно спрячется за полоской воды, уступив место ночному светилу на небосводе. Женщина запустила тонкие пальцы в густые каштановые волосы и раскинула их на плечи. Ее одолевала горечь сожаления, ей не хотелось больше ни с кем разговаривать сегодня.