Охота на команданте

Встретил их Алексей Фёдорович наигрывая на аккордеоне какую-то незнакомую музыку. Не отрываясь от игры, он с улыбкой кивал входившим в класс ребятам в ответ на их приветствия.

С началом урока учитель отложил в сторону аккордеон:

– Так, ребята, если мне не изменяет память, а она мне пока ни разу не изменяла, на прошлом уроке мы занимались музыкальной грамотой. Как насчёт того, чтобы сегодня немного повеселиться и попеть? Весна, знаете ли, на носу, птицы уже петь начинают, я сам слышал, так разве мы хуже птиц? Споём или продолжим учить музыкальную грамоту?

Гул в классе был подтверждением того, что пение предпочтительнее грамоты.

– Понял! Считаю этот совсем не музыкальный шум вашим одобрением моего предложения. Что желаете спеть? Есть какие-нибудь предложения?

Со всех сторон посыпались предложения, какую песню кто хочет петь. Учитель выслушал все.

– Похоже, таким способом мы будем спорить до конца урока, – подняв руку, чтобы утихомирить класс, улыбнулся Алексей Фёдорович. – Предлагаю для начала спеть что-нибудь знакомое всем, например «Вместе с другом вышел в путь».

Возникший, было, лёгкий гул, он прекратил очередным взмахом руки.

– Прошу на сцену, друзья мои. Не забывайте, становитесь по голосам, как я вас учил.

Сцены в классе никакой не было. Просто всем предстояло выстроиться за пианино. Максим встал рядом с Ильей, так как определённого места у него не было.

– Ты эту песню знаешь? – шёпотом спросил Илья.

– Знаю, я же не только с англичанами и шотландцами общался, – так же шёпотом ответил Макс.

Пятиминутная коротенькая распевка перед песней и вот Алексей Фёдорович заиграл вступление. Солиста у них не было, поэтому все дружно заголосили с первой строчки песни:

Если с другом вышел в путь – веселей дорога…

Илька всё время поглядывал на Макса, но тот пел, словно всегда учился в этом классе, свободно, раскованно и с улыбкой. Даже глаза блестели. Похоже, ему нравилось петь. Это хорошо, потому что сам Илька тоже любил петь.

– Или у кого-то прорезался красивый голос, или я чего-то не понимаю, – провозгласил Алексей Фёдорович, когда песня закончилась. – Вы знаете, что у меня абсолютный слух и раньше я в хоре вашего класса этот голос не слышал. Не понимаю…

– А у нас новенький в классе, – раздалось сразу несколько голосов, в основном – девчоночьих. – Максим Руднев, это его, наверное, вы услышали.