Дважды возрожденный

А может просто брезгуют… Или религия… Нечистая земля и все такое…

Похоже, мы основательно накуролесили, раз они решили сами прийти.

– Вечером, – раздалось из облака дыма. – Если они решат, что вы виноваты, то в действие вступит пункт 6.3 Договора.

Сейчас мы все знаем договор наизусть. Знаем лучше чем свою биографию. Пункт 6.3 гласит: «Если сторона «люди» не выполнит свои обязанности, оговоренные в пункте 3 Договора, то виновные будут наказаны. Меру и степень наказания выберет пострадавшая сторона».

То, что мы сделали, в точности совпадает с одним из подпунктов пункта 3.

Из-за нас погибли представители второй стороны. Эх, работала б в этих чертовых горах рация. Может, и успели бы их спасти. А так прошла уйма времени. Хотя нет. Какая к черту рация, если через секунду после взрыва десять гномов превратились в обугленные комки.

– Идите, отдыхайте, – машет Мичман дымящейся трубкой в сторону двери. – Вечер будет трудным.

– Как думаешь, что с нами будет? – спрашивает поникший Стас, обращаясь ко мне.

 – Что эти недомерки могут придумать?

– Не знаю Стас. Не знаю. – От всех этих разговоров у меня сильно разболелась голова, и возникло непреодолимое желание завалиться на кровать в своей комнате и пару часиков всласть поспать. – Ну, в конце концов, не инквизиция же тут у них.

– Инквизиция? – передергивает его от одного этого слова. – Это типа дыбы и испанские сапоги с иглами?

– В испанских сапогах нет игл, – утешил его Мичман. – Это сапоги из сырой кожи. Их смачивают водой и, одев на ноги жертве помещают в огонь.

Под действием температуры кожа сокращается, тисками сжимая ноги. Очень действенное средство для повышения разговорчивости и излечения всех видов склероза.

От таких комментариев Стас побледнел, и веснушки на мальчишечьем лице стали еще ярче.

– Ты серьезно? – на всякий случай переспрашивает он, глядя на абсолютно серьезное лицо Мичмана. – Думаешь, у них такое есть?

– А ну марш отдыхать! – отдает тот команду вместо ответа на вопрос. – Чтобы через три секунды вас уже здесь не было.

Две из них уже прошли.

Не желая с ним спорить, покидаем комнату и уныло бредем по крутой каменной лестнице вниз. Наши комнаты находятся на втором этаже Башни, единственного здания внутри Цитадели.

– Привет! Ну, как вы? – участливо спрашивает поднимающаяся вверх Лена. Все уже в курсе происходящего, но подробности знаем только мы и Мичман.

– Хреново! Хреновее не бывает! – мрачно отмахиваюсь я. – Подставились по полной программе.