Сказка о вечной любви

– Так это она нам фейерверк устроила? Ну, мы еще с ней встретимся, – погрозил Негодяич кулаком в сторону пекарни.

Бандиты сняли маски и уставились на мотоцикл. Нахалыч зло ударил ногой по заднему колесу и сказал:

– Вот дела.

Он взялся руками за руль, поднял мотоцикл на заднее колесо, сел на сиденье и подвигал рычагами сцепления и тормоза. Передняя стойка выглядела сильно погнутой. Передний тормоз работал, но само колесо выглядело смятым и погнутым. Педаль заднего тормоза отлетела. Ручка газа вращалась.

Трос сцепления перебит. Нахалыч потянул на обрывок троса. Сцепление работало.

– Сейчас поедем… – сказал он.

– Куда поедем? Без тормозов и без колеса? – спросил Негодяич.

– На одном колесе доедем. Здесь до Голова десять минут езды, а там и Гадюкино близко. Лови седло! Хватай за плечи! Сейчас рванем…

– Тормозить как? – с опаской спросил Негодяич.

– У дома в стог сена – раз. И все дела…

Негодяич поймал ногами заднее сиденье. Одной рукой он держал биту, другой обхватил за плечи Нахалыча.

Нахалыч завел мотоцикл, дал газу и потянул трос сцепления. Мотоцикл рванул с места, задрал переднюю погнутую стойку вверх, и на одном колесе помчался по траве.

Через десять минут показались дома. И за ними Гадюкино.

– Тормози! – заорал Негодяич.

– Щас сделаем! – крикнул Нахалыч и отпустил трос сцепления.

– Тормози-и-и! – Негодяич схватил Нахалыча за шею и потянул на себя.

– Пусти!.. Я ничего не вижу!.. – орал Нахалыч.

На огромной скорости мотоцикл проехал мимо большого стога сена, врезался в маленький стожок, пробил его, вылетел с другой стороны и врезался в ближний курятник.

Куры в панике выскочили наружу и разлетелись по округе. Через минуту из курятника все в перьях вылезли Негодяич и Нахалыч.

– Затормозили, – сказал Негодяич и сплюнул с губ куриные перья. – Говорил, в стог сена. Тьфу…

– Не рассчитал маленько… – сказал Нахалыч.

– Чей это курятник мы разбомбили? – спросил Негодяич.

– Так это твой курятник, Негодяич.

– Тебе что мой курятник тормоз что ли, Нахалыч?

– Хотели взорвать пекарню, – сказал зло Нахалыч, – а взорвали свой мотоцикл.

– Что мы скажем Душегубу? – спросил Негодяич.

– Наврем с три короба… – сказал Нахалыч.

– Тихо ты, у него на каждом заборе свои уши.

Обормот Нахалыч почесал затылок и сказал:

– Это она Добранушка нас околдовала.

– Не помогло свиное копытце, – сказал Негодяич, достал из кармана свиное копытце и с негодованием выбросил его за спину.