Проделки Эльки

Элька сбежала, когда вид ивовых прутьев, использовавшихся и для плетения корзин, и в качестве розог, стал вызывать у неё желание убить настоятельницу.

Книжница помогла ей покинуть монастырь, дав мешочек, в котором была лишь пара пирожков, перо гусиное, склянка с чернилами и палимпсест – стёртый пергамент, который можно использовать.

Больше ничего…

Чуть позже девочку как-то угораздило прибиться к бродячему цирку.

Но прежде с Элькой произошла занятная история, почти сказка…

Красный шаперон

Средь ужасов ночных нам нужен спутник.

    Нил Гейман, «Песочный человек»

Вечер был на редкость пасмурным: серые тучи заволокли небеса настолько непроницаемым пологом, что сделали их похожими на лоскутное одеяло, растянутое от горизонта до горизонта во всех направлениях.

Начал падать снег…

По дороге, ведущей к мрачному бору, шла маленькая девочка.

С головой, закутавшись в алую шаль, как в талес[2 - Молитвенное облачение в иудаизме, представляющее собой особым образом изготовленное прямоугольное покрывало.

], она смело вскидывала подбородок, когда ветер, будто задиристый мальчишка, наскакивал на неё, чтобы заставить оголить плечи и так лишить невинности – эти устремления были просто смешны!

Коричневая роба висела на девочке мешком.

Коричневая сумка ударяла по бедру.

Коричневые башмаки дробно стучали при каждом шаге.

Темнело…

Стало холодать…

Лесной коридор смыкался над головой девочки, но она продолжала идти.

А впереди на дороге лежал… котик: чёрная порочная клякса, окружённая девственной белизной чистого холста.

Тощий, с маленькой головкой и очень длинным, точно баварская колбаска, хвостом – девочка голодно сглотнула.

Котик вскинул острое ухо и скосил глаза влево – посмотрел на куст бузины, котора раскинулась на обочине, потом ооочень лениво поднялся и, виляя задом, направился прямиком в беспросветную глушь, подступившую вплотную к другому краю дороги.

Его поглотила Тьма.

Девочка осторожно приблизилась к кусту и стиснула зубы, разглядела на только-только наметённом сугробе явственный отпечаток раздвоенного копыта.

Сердце её забилось от ужаса, а руки сами собой сложились в молитвенном жесте.

Это помогло – она успокоилась, бойко завернулась на каблуках и устремилась за котиком. Что-то подсказала ей: «Лучше не отставай!».

Заиндевевшие листья хрустели у неё под ногами.

Стволы сосен словно сбивались в стаю – становились всё ближе и ближе друг к другу.

Жёлтые огни горели между ними.