Мужской процесс

– Да, взял из дома стул, принес его в приемную, сел и просидел весь день. Потом второй и третий.

– Стул то зачем из дома тащили, на таможне стульев что ли нет?

– Эта сволочь, мой бывший зам, распорядился, чтобы мне никто мебель не давал. Я же ему сообщил, что буду продолжать ходить на работу и находиться на службе положенные часы. В приемной у нас кресла, меня охрана сразу предупредила, в кресла садиться нельзя, кресла для посетителей.

– Ну, у вас и нравы в вашем райском Ханты-Мансийске, – я засмеялся, – начальника таможни его же охрана гоняет по этажу как бомжа безродного.

Вы голодовку не объявили во время своего флэш-моба?

– Флэш чего? – спросил гость.

– Пикет так неожиданный называется, акция, которую никто не ждал.

– Нет, не объявлял. Меня вызвали в Москву, сегодня ночным рейсом улетаю.

– Чего хотят?

– Думаю, предложат два варианта, хороший и плохой. Хороший – уволиться переводом в другое министерство. Они уже поняли, что суд проиграют, и меня придется восстановить на прежней должности.

– А плохой?

– Не хочется думать. Все, что угодно. Возбудят уголовное дело за превышение должностных полномочий, а их все превышают, без проблем любого скрутить, криминал попробуют выявить в моих делах, к собственности прицепятся – да все, что угодно.

– А пристрелить могут?

– Нет, на госслужбе это не принято, мы не банкиры. По работе я все приказы выполнял, никого не подставлял.

– Если не секрет, за что же тогда Москва взъелась?

– Им другой нужен. Приказы приказами, но есть еще и просто маленькие просьбы.

Я позволил себе с ними не соглашаться, и, как сейчас понимаю, был для них чрезмерно упертым. Через нас проходят товары и оборудование на миллиарды долларов, если оформить документы и сборы хотя бы на чуть-чуть меньше, кому-то экономия получится миллионы. Я за своих старался, они за своих, это обычная практика. На моем месте никто больше года не работал. Воевать воюем, но никто никогда не обращался в суд, я – первый.

– Молодец! – обрадовался я, меня всегда приводят в восхищение люди, способные постоять за себя, – дайте вашу руку, Сергей Иванович!

Мы пожали друг другу руки над столом рядом с горлышком бутылки.

Сергей Иванович застеснялся всплеска моих эмоций и отвел глаза в сторону от стола.

– Меня прокурор округа поддержал, и еще есть люди, которые мне реально помогают, – посчитал он нужным добавить к вышесказанному, чтобы я не сомневался, он человек серьезный, а не клоун со стулом в цирке.