Возвращение Жигана

Да и кого им, собственно, было бояться? Какого-то долбанного урку по кличке Зуб? Да гребется он конем…

Завернув крышку, я сунул флягу в карман и внимательно посмотрел на козла, который направился было ко мне, очевидно, с предложением помочь опустошить фляжку.

Предложение застряло у него в глотке. Теперь предстояло отправиться в вагон, совершенно не накурившись из-за этой проклятой дырки. На мое счастье в тамбур вошел «студент» и достал пачку «Пегаса». Я содрогнулся, когда он протянул ее мне и весело предложил:

– Потравимся?

В ответ я хотел было сказать что-то вроде того, что такие со школы не курю, но наступил себе на горло и схватил сигарету (правильнее было бы назвать ее «мастыркой»), рассыпавшись в благодарностях.

Первая же затяжка, вызвав у меня приступ животного кашля, все же вернула мне благостное расположение духа. Со «студентом» мы разговорились. Его звали Митей, и институт он, как выяснилось, уже лет пять как закончил. Ехал он в мой родной город по направлению откуда-то работать в сфере то ли соцобеспечения, то ли по профсоюзной линии, я толком так и не понял. Я в свою очередь сказал ему, что в родном городе не был уже давно, о чем нисколько не жалею. А когда он спросил о причине моего возвращения, я вдруг резко сказал правду и предложил ему отхлебнуть. Он отказался.

Сквозь ливень и серый туман на одно мгновение выглянуло солнце. Одинокий луч, попав на полированную поверхность фляги, осветил выгравированную на ней надпись: «Зубу от Герцога и Графа с наилучшими пожеланиями в день двадцативосьмилетия».

Герцогом и Графом звали мужиков, на которых я работал. Они неплохо относились ко мне, да и я платил им тем же. Они занимались всякой всячиной: инвестициями, спекуляциями и прочим в том же духе. И кое-чем еще, о чем я предпочитаю не звонить.

К сожалению, мне скоро придется уйти от них: рано или поздно Герцог все равно узнает о моих отношениях с Нелли.

Нелли… Еще совсем недавно мы целыми днями валялись на солнце, и она стала вся шоколадная от загара.

И никакого тебе дождя!

А если вы удивитесь, откуда в нашем постсоциалистическом раю взялась такая дворянская иерархия, то я намекну, что до Герцога и Графа был еще Король и его старший сын – Принц.

Король (поговаривают, что кликуха эта произошла от фамилии: Королев, Корольков или нечто в этом роде) был монстром московского сыска, грозой жуликов-завмагов, валютчиков и расхитителей соцсобственности. Он был бессменным членом райкома, горкома и вроде бы даже ЦК.