Машинничество в особо крупных…

Машинничество в особо крупных…

Закери и Филипп Ронн

В городе на Неве участились угоны дорогих автомобилей. Молодой журналист Влад Думановский выявил связь между всеми хозяевами угнанных машин. Понимая, что за угонами стоит что-то большее, он начинает свое журналистское расследование. Но его сил и возможностей недостаточно, чтобы вывести преступников на чистую воду. Ему приходится обратиться к старому другу, который работает в одной частной фирме, занимающейся разного рода деликатными делами. Вместе они распутывают этот клубок, пройдя через череду погонь и других приключений.

Закери и Филипп Ронн

Машинничество в особо крупных…

Вообще-то Владу следовало внимательно следить за парочкой деловых с виду людей, беседовавших в двух столиках от него, но официантка, принесшая кофе была такая милая и обворожительная. Думановский ничего не мог с собой поделать, и приходилось успевать сразу на два фронта – строить девушке глазки и не упускать из виду, чем занимаются его подопечные.

Девушка была симпатичнее и от того внимания ей доставалось больше чем тем двоим. Каждый раз, проходя с очередным заказом мимо симпатичного, голубоглазого вихрастого парня, она кокетливо улыбалась его подмигиваниям, мило смущалась и отводила глаза.

Все это было на руку Думановскому. За ширмой их непринужденного флирта никто бы не догадался, что, на самом деле, он следит за двумя респектабельно одетыми бизнесменами, о чем-то беседующих за столиком у окна. Тот, что постарше, с приличным брюшком, свисающим, над туго перетянутым ремнем, вынул из своего портфеля папку с документами.

Небрежно отодвинув свою чашку с недопитым кофе, положил ее перед своим собеседником.

– Здесь все, что вы просили, – произнес он, отчего-то очень довольный собой, но при этом воровато оглядываясь по сторонам, как лис в курятнике, – в лучшем виде. Желаете проверить?

– Вы напрасно так нервничаете. – Ответил его собеседник. Этот был моложе, более франтовато одет.

Его модный галстук и узкие очки в тонкой оправе стоили дороже, чем весь костюм брюхоносца. И, похоже, это обстоятельство немало раздражало толстяка, но покуда он не выказывал напрямую своего недовольства.

Усмехнувшись, молодой поправил очки, раскрыл папку и углубился в чтения находившихся в ней документов.

– Господин Гулецкий, За нами нет, и не может быть никакой слежки. – Продолжил он, не отрываясь от чтения.

– Вы не можете быть в этом уверены.