К терниям через звёзды

В тюрьме он был местной легендой, и даже смотрители его побаивались, из-за чего, наверное, поддавали самым жестоким истязаниям – смотреть на него было порой жутковато. Несмотря на всё это, только сейчас Марк заметил, что этот истерзанный повстанец выглядел сильнейшим из всех присутствующих. Даже на фоне вооружённых и уродливых пришельцев связанный Джеминг не казался беззащитным.

Джеминг заметил пристальное наблюдение и медленными движениями принялся подползать в сторону Марка. Один из чужих всё же это заметил.

Он тут же подоспел к Юну и пнул его ногой по лицу, оставив красный отпечаток на побледневшем худощавом лице. Революционер воспользовался этим и отскочил от удара в сторону Марка. Поднявшись снова на колени, он стоял уже практически вплотную к товарищу по несчастью. Чужой бросил грозный взгляд, но всё же отошёл, не усматривая в действиях Джеминга бунтарских намерений.

Из второго кольца связующей секции станции, где находился космопорт, пришли трое чужих.

Бросив какую-то фразу часовым, они подняли несколько протестующих людей и повели их туда, откуда появились.

– Ты в себе? – прошептал Джеминг, не отрывая глаз от маячащего в нескольких метрах пришельца.

– Да, – сухо ответил Марк. – В себе.

– Хочешь жить?

– Как и все.

Юн всё продолжал пристально смотреть на незваных гостей, расхаживающих по окровавленному залу, и, казалось, этим он их нервировал. Вдруг Марк почувствовал холодное лезвие в руках за спиной.

– Режь и возвращай, – последовала следующая короткая фраза.

Весьма острый небольшой нож в один момент справился с примитивными наручниками чужих. Их пришлось оставить на запястьях, так как дальнейшие намерения Джеминга Марку были пока не известны.

«Откуда же у него нож?», – подумал Марк, передавая холодное оружие обратно.

Джеминг Юн наконец отвёл взгляд в сторону.

– Когда нас поведут, дам сигнал. Не подведи.

Из-за предпринятия этой небольшой революции, сердце Марка попыталось вырваться из груди, а в ушах кровь играла монотонную мелодию.

Что же случится через несколько минут? Что делать? Что значит не подвести? Марк начал жалеть о своём решении оказать сопротивление. Холодный ум тут же был вытеснен инстинктом самосохранения и рефлексом самозащиты, которые развязали в душе Марка междоусобную войну.

Чужие уволакивали людей из окровавленного зала в неизвестное, но, судя по всему, не особо радужное будущее.