Продавец газет, или Бывших не бывает

Через три часа вернулся Тимур, он рассказал подслушанный разговор двух духов.

Оказывается, источник засыпан, на следующий ушел отряд с такой же задачей. Воду мы можем только отбить у духов, так как они себе сделали запас и утром уйдут. Отряд состоит из десяти человек.

Появился Кузя с флягой воды и сказал, что духов уже на одного меньше, но перед смертью душман успел махнуть ножичком и попал в живот. Пожаловался Кузя и умер. Похоронили Кузю в расщелине, место пометили на карте, чтоб вернуться и забрать на Родину для достойных похорон.

Напасть решили перед рассветом, по-тихому, с ножами, но не успели. К духам прибыло подкрепление на двух джипах с пулеметами: обнаружили пропажу часового и подняли тревогу.

Пришлось быстро уходить, пока нас не нашли.

Проскитавшись трое суток с одной фляжкой воды, вышли к Пянджу обессиленные. Во время переправы унесло течением Пшека. С тех пор так и звучит его крик о помощи, а я бегу по берегу из последних сил и не могу догнать. И это повторяется снова и снова каждую ночь.

Это был последний рейд нашей группы, после этого нас раскидали по разным частям, без всяких объяснений».

Кошмары наяву

Так бы Низами и мучился все полтора часа. Но уже через час его разбудил телефонный звонок из штаб-квартиры в Брюсселе. Приказали, без каких-либо объяснений, ни при каких обстоятельствах не трогать моджахеда, что очень озадачило всю группу. Сон как рукой сняло. После короткого раздумья набрал номер Тимура и передал приказ, ему он тоже не понравился.

Одно дело – охотиться за заказчиком и другое – вылавливать только исполнителей. Но приказ есть приказ, и его надо выполнять.

Не успел он осмыслить услышанное, как пришла смс от Цваера с номером рейса на самолет до Кисловодска и просьбой о срочной встрече. Мелькнула мысль, что что-то пошло не так.

«Александр, забронируй мне место на утренний рейс до Кисловодска и обратно с открытой датой», – приказал Низами.

В половине восьмого утра он уже входил в зал ожидания Воронежского аэропорта.

Осмотревшись в зале, увидел Цваера в очереди на регистрацию и не спеша направился к ней. В салон самолета он вошел первым, показал удостоверение стюардессе и попросил тихо под каким-нибудь предлогом пересадить к нему пассажира с места тридцать четыре «В».

У Вольдемара эта ночь тоже не задалась

Когда Цваер вышел из машины Низами, то подумал пойти спать, но на улице было так тихо, и небо было таким звездным, что в номер подниматься не хотелось.