Продавец газет, или Бывших не бывает

Утром из окна своего номера он видел скверик возле гостиницы и решил посидеть полчасика перед сном. Город спал, изредка по улице проезжала машина, и опять становилось тихо. Он отыскал окно своего номера и насторожился. В щелке между штор мелькнул огонек фонаря. Кто-то очень любопытный исследовал номер. В оставленных вещах не было ничего необычного, смена белья и путеводитель по Воронежу без каких-либо пометок.

Подниматься расхотелось совсем. В это время ожил сотовый телефон. Номер знали два человека, один из них – старший группы, звонил именно он.

Не ответить нельзя, и Цваер, ругнувшись про себя, ответил.

Сначала он молча выслушивал упреки старшего, тот был недоволен тем, что Шварц не доложил о прибытии, но когда тот сказал, что в забронированном для него номере его нет, Шварц разразился бранью на немецком языке. Он не стесняясь высказал все, что думает о тех, кто по ночам с фонарем лазает по его номеру, потом про контрольное время выхода на связь, до которого еще семь часов, и про то, что он профессионал, который знает свое дело и свое место под солнцем.

Закончив эту тираду, сказал, что поднимается в номер, и отключил телефон.

Теперь это уже был не Цваер, а безжалостный наемник, солдат удачи, бывший офицер Французского легиона Густав Шварц, и с ним лучше не шутить. В номере его ждал старший группы. С порога Шварц поинтересовался, чем он обязан столь пристальному вниманию к своей персоне. Старший представился как Джон Смит. На что Шварц ответил:

– Мне все равно, как вас звать.

Я не интересуюсь частной жизнью других людей, пока они не становятся моим заданием.

– Это к лучшему, так как в святом писании сказано: «Многая знания несут с собой многая печали». А привело меня к вам в неурочное время изменение задания! – сказал Джон.

– Мне, наверное, не надо говорить вам о том, что я работаю за деньги и что изменение контракта влечет за собой либо его расторжение с потерей аванса, либо дополнительную оплату, что мне больше подходит.

– Именно это я и хотел обсудить с тобой, – ответил Смит.

– О, мы уже на ты, не помню, чтоб мы вместе пили, – сказал Шварц.

– Это поправимо! – Джон достал бутылку армянского коньяка.

Выпили по рюмочке и перешли к делу.

– Заказчик не хочет голову объекта, он хочет его целиком и живого. Доставить нужно в Душанбе, – сказал Джон.

– Он что, спятил, ему это обойдется втрое дороже, чем он заплатил бы по контракту, плюс дорожные расходы.