Отблеск золота

– Не представляю тебя ковыряющейся в земле.

Подруга выглядела удручённой. Серые глаза увлажнились, но слёзы так и не покатились по розовым щекам. Лишь надоедливая чёлка, с которой она ходила едва ли не с рождения, снова спрятала глаза. Мила не признавалась, но Валисия всегда считала её своеобразной ширмой, за которой та пряталась в сложные моменты.

– Это мои истоки. Если будет нужно, я вернусь и буду делать всё, чтобы не подвести мою семью. Снова, – её голос дрогнул.

– Ты не подводишь её! – Мила крепче сжала руки на её плечах.

Валисия успокаивающе похлопала подругу по ладоням. Это решение не обсуждалось. Взрослея, каждый человек начинает отвечать за свою жизнь самостоятельно. И эта ситуация – не исключение.

– Давай не будем об этом. Мне нужно сегодня успеть сдать вот это, – она взяла лист со стола и помахала им. – Я явно не одна решила так поступить. Последний шанс, как говорится. Грех не воспользоваться.

Мила одобряюще улыбнулась и кивнула. После чего отпустила её.

Валисию успокаивало лишь то, что их не расселят спустя столько лет.

– Удачи тебе, – прошептала подруга.

– Спасибо.

Она поднялась со стула, положила лист в папку, чтобы он не помялся по дороге, и направилась в регистратуру. На пути ей встретилось несколько однокурсниц. Кто-то смотрел с грустью в глазах, кто-то откровенно упивался неудачей. Логично, что эта ситуация не могла ускользнуть от женщин, стремящихся избавиться от конкуренции.

Многих из них ей больше не хотелось видеть в своей жизни так часто, поэтому для неё перевод в другую группу виделся не только с отрицательной стороны.

Хотя, многие говорили, что среди дипломатов тоже не самая дружелюбная атмосфера. Высокая конкуренция порождает недопонимания среди соперниц. Сколько раз за все годы учёбы ей мешали вырваться в десятку лучших, подсчитать просто невозможно. У неё так ни разу это и не получилось. Или она сама себе мешала.

Стараясь не думать ни о чём постороннем, Валисия дошла до нужного ей кабинета.

Внутри играла лёгкая весёлая музыка. У двери в ожидании замерло множество знакомых. Каждая вторая недавно плакала, их выдавали опухшие глаза и раскрасневшиеся лица.

Она заняла очередь и встала в угол, стараясь не нарваться на не интересующие её сейчас разговоры. Ей хотелось только поскорее покончить со всем этим. Из коридора послышался громкий смех. Кто-то явно заходился в истерике. Этот звук сразу заставил собравшихся насторожиться.