Оллвард. Разрушитель миров

В Варде было всего несколько людей, которых она боялась. Лорд Меркьюри возглавлял этот чрезвычайно короткий список.

– Отправляйся домой, Гарион. – Ее голос звучал так резко, что, казалось, им можно проткнуть кожу насквозь. Сейчас ей хотелось лишь одного: отделаться от своего бывшего друга и союзника. По этому пути было легче идти в одиночку.

Он с раздражением провел рукой по голове, откидывая капюшон. На его бледном лбу выступили капли пота, а на щеке красовался свежий солнечный ожог. «Он так и остался северянином», – подумала Сораса.

Несколько десятилетий, проведенных в пустыне, не смогли изменить цвет его кожи.

– Рассматривай это как предостережение, – мрачно произнес он, откидывая в сторону полу мантии. На его поясе сверкал кинжал – такой же, как у нее, с черной кожаной рукоятью и изношенным бронзовым лезвием. А еще там был меч – в непосредственной близости от его руки, – и это Сорасе страшно не понравилось. Она с грустью вспомнила о своем клинке, спрятанном в обшарпанной комнатушке.

«Отсюда до таверны полмили, – думала она.

 – А ты бегаешь быстрее, чем он».

Ее рука метнулась к кинжалу и сжала знакомую кожаную рукоять, казавшуюся продолжением ее собственного тела.

– Ты хочешь заняться этим прямо здесь? – Она наклонила голову в сторону толпы жрецов и молельщиков. – Я знаю, что тебе все равно, но я бы предпочла, чтобы у нас не было зрителей.

Гарион перевел взгляд с ее лица на кинжал, оценивая и то и другое. Она внимательно считывала информацию, которую могло дать его тело.

Он оставался таким же подтянутым, как она его помнила. Клинок на его бедре был тонким и легким, отлитым из хорошей стали. Гарион не был глупым силачом, как некоторые из тех, с кем они тренировались. Нет, он умел сражаться элегантно. Такого убийцу хотелось выставить напоказ, устроив дуэль на улице, чтобы донести до людей определенное сообщение. У Сорасы был другой стиль: отблеск ножа в тени, яд на ободке стакана. Ее тело напряглось, пока она со скоростью молнии продумывала доступные ей варианты.

«Подколенная ямка. Перерезать мышцу, а вслед за ней – пока он будет падать – и горло. Убежать раньше, чем его тело рухнет в грязь».

Она знала, что Гарион читает ее таким же образом. Они вглядывались друг в друга еще несколько мгновений, словно две змеи, принявшие угрожающие позы и обнажившие ядовитые зубы.

Гарион моргнул первым. Он расслабил спину, демонстрируя ей пустые ладони. Напряжение, тучей застывшее над их головами, начало рассеиваться.