Иринка-снежинка

Когда Пафнутий вежливо поинтересовался у барина, что такое суаре, Степан помнится ответил просто:

– Сие, друг мой, ужин, на который зовут гостей.

– Почему же вы, барин, приезжаете под утро? – спросил въедливый Пафнутий.

– Видишь ли, – Степан чуть задумался: а ведь и правда, почему «суаре», если тянется до утра. – Пожалуй, сие же «матине»[1 - Суаре – от французского слова «суар», что означает «вечер», а матине – от французского слова «матан», что означает «утро»]. Но начинается вечером, эх, – так выходит, что начинается ужин с вечеру.

А уж после сидим за беседами, графиня Зябликова подает настоящий французский коньяк. Вот и клубника пошла – она клубнику подает. Люди, которые не смогли поспеть к ужину, подъезжают на коньяк. Многие интересуются Парижами, знаешь ли, хотят услышать последние новости.

На самом деле, большинство посещавших графиню и сами бывали в Париже и вполне могли себе позволить повторный визит. Однако московские сплетни, досужие разговоры плести следовало умело, можно сказать, филигранно.

Одно дело, сказать: «Я видел, в Парижах едывают лягушек». Совсем другое, сослаться на графиню Зябликову, которая лично видала, как сам русский царь их ел на приеме, а уж затем велел и собственному повару приготовить точно также – по изысканному французскому рецепту.

– Нешто сам российский царь ест, прости Господи, этих тварей, что квакают без удержу, как кума Авдотья. Ни слова не разбери, а шуму и гвалту, будто на базар пошел, – удивление на лице Пафнутия было неподдельным, и Степан Аркадьевич, даже вспоминая, засмеялся в голос, представив Пафнутьев шок от услышанного.

– Мало того, что лягушек, так еще и улиток, – решил совсем сразить своего верного слугу Степан. – С чесночком, маслицем, да укропчиком. И потом, Пафнутий, а свататься как? К графине Зябликовой на суаре возят девушек на выданье. Они, конечно, долго не засиживаются. Но для смотрин долго и не надо.

Тут промашка вышла – Степан Аркадьевич вспомнил, чем закончился разговор про суаре графини и пожалел, что упомянул смотрины.

Пафнутий, в отличие от лягушек, тему невест на выданье ухватил сноровисто и мгновенно помянул барину холостятский статус. Мол, пора, барин, жениться. Тогда и суаре ваши станут за ненадобностью: будете, мол, сидеть при жене и детишках.

Тридцать третий год пошел Степану Аркадьевичу, а так и слыл он знатным холостяком. Была у него тайна, которую хранил он заветно, никому не выдавая. Даже Пафнутию.