Спокойных дней не будет. Книга IV. Пока смерть не разлучит

– Со мной что-то не так?

– С тобой всегда все так. Просто не сейчас и не здесь.

– Как скажешь.

Соня на удивление легко смирилась и принялась рассматривать свою руку с обручальным кольцом, покачивающуюся на поверхности воды. Минуты шли одна за другой, и он, наконец, позволил себе расслабиться и даже попытался задремать, пока она снова не нарушила тишину.

– О чем ты думаешь, милый?

– Ни о чем конкретном, – процедил он сквозь зубы, еще надеясь, что можно не открывать глаза и плыть по невидимому течению, не выдергивая из потока времени мысли и ощущения.

Она вздохнула, обиженная отговоркой и не желающая понять, что он почти не погрешил против истины, наслаждаясь водой, спокойствием и ее присутствием. Но даже с закрытыми глазами Илья почти физически ощущал, что она неотступно следит за ним и вот-вот заговорит.

– Если бы ты родился два-три тысячелетия назад, когда не было заводов и банков, что бы ты делал?

– Ну ты даешь! – Он распахнул глаза и увидел застывший вопрос меж ее приподнятых бровей.

 – Что тебе в голову лезет?

– Хотел бы ты родиться в Древней Греции, например? – не сдавалась упрямица.

– Если бы пришел архангел и спросил: а что, уважаемый, не хотите ли прогуляться по Древней Греции?

– Илья!

– Хорошо, я отвечу. А ты отстанешь от меня со своим психоанализом? – Она кивнула, но он не поверил в такую покладистость. – Нет, я бы не хотел родиться в Греции, в Африке или хрен его знает где еще. Но если бы пришлось, то ушел бы на войну.

Они же там воевали вроде?

– О, ты бы выиграл любую войну!

– Или пал в бою смертью храбрых.

Она, вскинув глаза к раскрытому за его спиной окну, пропустила издевку мимо ушей.

– И покрыл бы себя неувядаемой славой!

– Врагам я бы легко не дался, это точно, – со знанием дела подтвердил он. – Ну, теперь твоя душенька довольна?

Она задержала на нем полный обожания взгляд и ничего не ответила, увлеченная выдуманным воином, облаченным в короткую тунику или латы, со щитом, на коне или в колеснице.

Черт ее знает, какой образ втемяшился в ее прекрасную, полную фантазиями и всякой книжной ересью голову. Злиться на нее было нелепо, как и желать тишины и покоя, когда она находилась рядом со своими выдумками о неведомых мирах и иных измерениях.

– Теперь ясно, почему ты все время был в окружении этих…

– Кого? – на этот раз не сдержал улыбку он, без труда догадавшись, куда она клонит.