Двойня в подарок-2. Семья

А сам девок водит…

– Нет, – мотаю я головой. – Ты ошибаешься…

– Ну конечно! У тебя мать дура, а муж просто золото, – едко замечает она, разворачивая шоколадную конфету. Аккуратно откусывает кусочек. Жует тщательно. И сделав небольшой глоток, шепчет вкрадчиво: – Мы же с Ниной его видели, Лера! Сюда к нему девка приезжала. Из калитки такая деловая выскочила. А он ее нагнал. Прижал к черному внедорожнику и принялся целовать прямо посреди улицы.

– А потом?

– Она уехала. А Тимофей твой в дом зашел. В старом красном пуховике был.

На автомате мешаю чай. Даже сахар в чашку положить не удосужилась. Тупо таращусь на жидкость цвета охры. Безотчетно кладу дольку лимона. И все пытаюсь сообразить, что мне делать с этой информацией?

На огромном черном внедорожнике ездит Анна Аркелиди. Но чтобы Тимофей бегал за ней и целовал на улице? В жизни не поверю.

– Девушку можешь описать? – заикаясь спрашиваю я мать.

– Невысокого росточка. На огромных каблуках. Блондинка с длинными волосами.

Во взгляде матери явно читается торжество.

– Я говорила, – произносит она вкрадчиво.

А мне остается только молить бога, чтобы у маминой истории имелось хоть какое-то объяснение.

На Милу Старшинову похожа только одна женщина в Шанске. И это Анна Аркелиди.

«Нужно спросить Тимофея, – мелькает среди охватившего ужаса одна здравая мысль и тут же ее заглушают другие. – Так он тебе и сознается! Опять наврет с три короба!»

10.

Закрыв дверь за матерью, прижимаюсь лбом к холодному оконному стеклу. Наблюдаю, как она деловито спешит по дорожке. Не оглядывается. Будто от чужих уходит. Через силу отлепляюсь от окна. Бреду на второй этаж к дочкам.

Малышки спят как зайчики. Им невдомек, какая беда свалилась на наши головы.

Тимофей и эта зараза Аркелиди!

Аж зла не хватает!

Вспоминаю, с каким упоением о любовнице мужа рассказывала мне мама. У нее даже глаза светились от счастья.

«За что же ты меня так ненавидишь?» – вздыхаю я по привычке. Вопрос риторический. На него нет и не будет ответа. Как дочка – давно уже свыклась. Как мать двоих детей – отказываюсь понимать.

Конечно, мама могла и наврать. Но сейчас я верю каждому ее слову. Она понятия не имеет, кто такая Аня Аркелиди. Не знает, какая у нее машина, а все описала в точности. Да и старую Тимину куртку тоже никогда не видела. Она с зимы в кладовке висит.