Харизма

Старина Дракула, вероятно, считал овечек, лежа на спине, из чего следует, что он прислушивался к советам своего косметолога. У меня нет косметолога, для меня комфортный сон важнее, пусть спящая я и выгляжу как полнейшее безобразие.

Обычно по утрам мне помогал проснуться кофе. Кофе снимал любые припухлости. Кофе дарил благословение. Затем мне сказали, что это зависимость. Кто-то зависим от «Ам-Незии», мучных изделий, болеутоляющих, я – от кофе. Так что привет-привет, кофеиновые пластыри; следуя ритуалу, каждое утро я налепливаю их на руку в количестве, превышающем норму ровно втрое.

Никотиновые пластыри идут следом. Иногда, глядя на свою сплошь заклеенную руку, я тихонько матерюсь, представляя, что надо мной поиздевался неравнодушный к аппликации бутуз.

Да хранит Господь систему здравоохранения города Зеро.

На телевизоре горела красная лампочка. Два тираннозавра рекса, нарисованные упрямым пальчиком на пыльном экране, пытались грызнуть друг друга побольнее. Художества моей племяшки, оставшиеся после ее последнего визита.

Я не прошлась по экрану бархоткой. Честно говоря, у меня и бархотки-то нет. Я не фанат уборки, так что, готова спорить, скоро к тираннозаврам добавится пара-тройка пиратских кораблей. Если ребятенок хочет рисовать – пусть рисует, и черта с два это оправдание отсутствия у меня хозяйственной жилки.

Я зыркнула на кондиционер: температурный режим – плюс двадцать. Тогда почему так холодно? Ежась, я окинула взглядом гостиную. Гарнитур, состоящий из дивана с декоративной стежкой-капитоне и двух кресел.

Перед диваном – журнальный столик со стеклянной столешницей. Почесывая бок и зевая, я прошла в ванную.

Десять минут спустя я уже возилась с фикусом. Я не умею ухаживать за цветами, но однажды мне подарили фикус. Забегая вперед, скажу, что я как не умела ухаживать за цветами, так и не научилась. Но шли месяцы, а растение не засыхало. Либо мне назло, либо приспособилось. Каждое утро я поливаю фикус из чашки с фотографией Ревы-Коровы. С удовольствием выбросила бы эту чашку на помойку, если бы она не принадлежала моей племяннице.

И вот, круглая зеленая тыква Ревы-Коровы, треснувшая в добродушной улыбке, каждое утро наблюдала за моим манипуляциями с фикусом, пока я не заклеила ее обыкновенным пластырем. Я снимаю пластырь, когда приходит Соня, и налепливаю обратно, когда уходит.

От моего дома до Спортивного Клуба – получасовой вояж на общественном транспорте. Сегодня я и общественный транспорт – лучшие друзья.