Если ты вернёшься…

Никто никогда не признается в том, что ты вспоминаешь даже тот запах, тот любимый цвет помады и то как она утром открывала глаза… Мужики в этом не признаются… возможно, только наедине с самим собой. Я тоже не признавался. Даже пытался врать самому себе, а сейчас все мои лишения хлынули под давлением в тысячи атмосфер! И эти мысли внутри головы выдавливают здравый смысл, именно выдавливают, никак иначе! Я как будто бы сейчас глажу её по шелковистым волосам, заглядываю в невероятного цвета глаза и не могу поверить, что она моя! Вся моя! Хотя… она уже очень давно не моя.

Давно… так давно. Вся моя тяга с каждым последующем месяцев кажется всё больше и больше эфемерной, неправдивой или вообще вымыслом. Но, чем чаще я думаю, в этом контексте, тем отчётливее вспоминаю какие-то запавшие в бушу моменты. И не лучше мне… от осознания сжигающей души правды! Не лучше!

Перебираю белые волосы Касс, она лежит на моих ногах свернувшись клубочком подобно кошке. Хм… глажу её, а сам мечтаю о том, чтобы мои руки коснулись другой.

Угрызение совести заставляет встряхнуться. Неправильно так поступать, Касс… она этого не заслуживает. Все наши отношения (как минимум её ко мне) строились на искренности. Если уж она кричала и была посуду, то это было от души. Не могу упрекнуть её во лжи… она мне не врала, точно знаю. А вот Кира, да…

Чёрт… снова её имя в голове. Жаль, что нет необходимых пилюль, я бы с радостью ими воспользовался. Столько времени прошло, столько событий в моей жизни, я не срывался, а сейчас был готов позвонить и через полчаса узнать про неё всё, включая номер дома в котором она живёт.

И ещё… с кем живёт?

Да! ЧЁРТ ПОБЕРИ! С кем она живёт? Ни на йоту не поверю в то, что она ни с кем не спала! Судорогой по коже прошла ревность! Зло выдохнул… Не могу заставить себя думать, что она уже не моя, что я ни единственный мужчина в её жизни, могу только похвастаться перед самим собой, что был первым. Был…

С кем она… боже не хочу думать… но как зарвавшийся юнец продолжаю терзать себя изнутри.

Слишком эффектная чтобы быть одной, слишком притягательная чтобы её обходили стороной как прокажённую, слишком… А я бы этого хотел! Хотел, чтобы она меня вспоминала, хотел бы, чтобы ждала, когда приду, чтобы в её голове был только я! Не с целью отомстить за обиду, за мужскую гордость, которую я был готов растоптать, умоляя её вернуться. Ведь умолял же… Мне почему-то лучше, оттого что она «якобы» меня вспоминает, что думает.