(Не) чужие

Вот взбрело им в голову устроить ремонт на даче? Я говорила, что это плохая затея, тем более продавать надо дачу, а не вкладываться в нее! Все равно никакого выхлопа от этой картошки и морковки. То жара, то лето холодное. Хрен пойми что да как растет. А они уперлись, как бараны рогами, и отказываются продавать. Лучше бы тогда газоном все засеяли да ромашки выращивали. Там так процентов восемьдесят владельцев делают. Нынче дешевле купить в магазине, чем спину на грядках не разгибать, – Лиля тараторит без устали и жует печенье.

Ксения быстро кивает. Она даже не пытается вставить хоть слово в монолог. Все ее мысли не тут.

Он звонил утром. Требовал встретиться сегодня вечером, но Ксения впервые в жизни была рада тому, что у нее ночная смена. Она еле сдержалась, чтобы сохранить спокойный, но твердый голос, и не улыбалась, сообщая, что не сможет. Работа. Ночная смена.

Артур рыкнул, но не стал ругаться. Она могла слышать, как вибрировал от гнева его голос. Видимо, не привык получать отказы. А тут сразу и облом.

Ксения собой довольна и поэтому, как только загрузилась программа, она начинает работать.

– Кстати, – Лиля опять говорит, повернувшись к напарнице. – Тут про тебя Егорка спрашивал.

Ксения удивленно смотрит на напарницу, открывая рот. Но тут же его прикрывает, надеясь, что та не заметит изумления.

– Спрашивал про твое семейное положение, – Лиля быстро подмигивает. – Кажется, ты ему приглянулась.

– Боюсь, что тут без вариантов, – Ксения наиграно смеется. – Мне он не нравится.

Да и если будет спрашивать, скажи, что у меня есть парень.

– Ты же говорила, что одна?

– Но не одинока, – Ксения парирует, понимая, что начинает переигрывать. Ей не нужны расспросы о личной жизни от коллег, хватало и на прошлом месте работы, где каждый пытался в душу залезть. Здесь же Ксения старается держать свою жизнь в тайне, но как показывает практика – кто-то на нее все-таки смотрит.

– Хорошо, скажу ему, что ты уже встречаешься, – Лиля стряхивает крошки с документов. – Хотя Егорка вроде ничего такой.

Высокий, блондинистый. Пусть морда у него вечно такая, будто не просыхает.

Ксения кивает. Она знает, про какого Егорку говорит Лиля. И помнит его лицо. И ручищи с криво подстриженными грязными ногтями. И громкий басистый хохот. А еще она уверена, что Егорка любит выпить по вечерам. Да и спать с грузчиком для нее не предел мечтаний. Тем более, когда она не может уснуть из-за человека с аккуратными длинными пальцами и загорелой кожей.