Незнакомец. История одержимости. Книга 2

Вы потеряли много крови, и были введены в искусственную кому. Сейчас вашей жизни ничего не угрожает.

– Что за херня? Петра!

Но помощница лишь качала головой и отворачивалась.

– Марат Русланович, вам не стоит беспокоиться. Вы находитесь в больнице, вас оперировал лучшей врач страны.

– Оставьте нас, – рыкнул, всматриваясь в лицо бледной помощницы. – Нам нужно поговорить.

Врач кивнул и вышел вместе с медсестрой. Мне совершенно было без разницы, кто меня оперировал, в какой мать его больницы я нахожусь.

– Говори, – я смотрел на помощницу, стоявшую чуть поодаль от кровати.

– Марат, только обещай не нервничать.

– Говори, – уже с нажимом повторил, вынуждая Петру кивнуть.

– Варвара.

Ее имя. Оно полоснуло как тот самый нож, который отправил меня на койку в больницу. Я не мог поверить помощнице. Варя бы так не поступила ни за что на свете.

– Нет.

– Марат, это она. По записям с камер наблюдения…

– Черт, – я не позволил Петре договорить. – Ты лжешь!

– Марат, это она. Записи не могут сорвать. Там отчетливо видно как она выбегает из спальни, потом возвращается и вновь уходит.

– Я хочу видеть это сам!

– Ох, Марат, конечно, – ее чертов акцент вернулся. – Я организую.

– Где она?

Петра замерла с телефон в руке. Уверен, она уже собиралась притащить ко мне ноутбук с записями. Потому что была исполнительной до жути.

– Кто?

– Варя. Черт, Петра, где она?!

– Варвара сбежала. В ту же ночь, как было совершенно покушение.

– Я не верю.

– Но это так. Мы ее искали. Но следы обрываются сразу же от особняка. Ее кто-то увез. Ей помогали.

Я плотно сжал челюсть. Она сбежала. Все-таки сбежала. Обещала год, и не продержалась и месяца. Маленькая обманщица.

– Ее нужно найти.

– Марат, мы ищем.

– Значит, плохо ищите. Сколько я здесь валяюсь? Мне нужно возвращаться домой и на работу, – попытался подняться, но Петра подскочила ко мне и надавила на плечи, вынуждая лечь обратно.

– Две недели, – чуть слышно ответила она. – Ты здесь две недели. Марат, если бы не пожарная сигнализация, тебя бы не нашли. Ты был бы уже мертв.

Я замолчал. Хотелось обрушить на помощницу поток оскорблений, но все что смог, так заткнуться и лечь обратно. Две недели. Почти умер. Я не мог поверить тому, что Петра рассказала позже.