9 часов над Атлантикой

– Благодарю, Лео!

– Я тоже благодарю! – спешу подмазаться, но меня никто не слышит.

И вот тут до меня доходит… Лео? Ах, Лео… И я внезапно в миноре. Почему? Хороший вопрос.

Мой терапевт считает, что у меня сложная, но интересная личность. Пережив в отрочестве… эм, потрясение, я не нашла для себя комфортной модели поведения, поэтому во мне неким неизвестным науке образом уживаются разные, иногда противоположные и несовместимые в одном человеке повадки. Я впадаю в крайние состояния подавленности и активности, не завожу друзей, устраиваю шумные вечеринки, чередую минор с мажором, но при этом располагаю абсолютно здоровой психикой, не имея ничего общего с биполярными расстройствами.

Просто тип личности такой – противоречивый.

– Извините, но это придётся положить в багажный отсек, – Магдалена вытягивает из-под кресла пожилой афроамериканки металлический костыль.

– Детка, я без него до туалета не дойду! – сопротивляется та.

– В любое время попросите меня, и я достану его для Вас.

А во время взлёта любая ручная кладь должна быть в багажном отсеке. Металлические предметы тем более.

Магдалена сражается со слишком длинным костылём, запихивая его в отсек, но крышка не закрывается. Лео наблюдает за этими муками недолго – встаёт и укладывает металлическую палку по диагонали, перед этим перебросив свою сумку в соседний отсек, чтобы освободить для костыля больше места.

– О, с соседом, я гляжу, мне в этом путешествии несказанно повезло! – крупная темнокожая женщина трогает Лео за локоть.

 – У тебя такие руки!

– Какие? – брови Лео от удивления выползают из-под его ультрамариновых очков.

– Сильные. Крепкие. У моего мужа были такие же. Он очень много работал, иногда одновременно на трёх работах, почти никогда не отдыхал. Всё для нас, для семьи. Ты знаешь, я прожила с ним полвека, мы родили пятерых детей. Наши дети подарили нам внуков, а внуки правнуков, и вдруг однажды за моим Бобби пришла полиция. Я была уверена – это ошибка.

Но Бобби… он разбил моё сердце – заявил, что ошибки нет. «Я так устал вас ждать, ребята!» – сказал он. Он был им рад. Улыбался. Я прожила 50 лет с мужчиной, не зная его настоящего имени. С человеком, который всё это время находился в федеральном розыске. Он сбежал из тюрьмы, придумал себе новое имя, женился на мне. Бобби честно жил – мне ли не знать – его уважали и соседи, и церковь, и родня. И тут вдруг такое… Ты знаешь, я не отказалась от него.