Моногамия. Книга 3. Половина души

Я в ужасе, меня будто парализовало. Алекс закрывает лицо руками и выходит, а я рыдаю. Как же я могла допустить такое?

Ещё через час меня пересаживают в кресло и поднимают на лифте на крышу больницы. Вижу вертолёт Алекса и не понимаю, что происходит. Спрашиваю, мне отвечают:

– Вас транспортируют в Рочестер в Клинику Мэйо.

– Зачем?

– Извините, я не знаю, просто делаю свою работу. Но вы не волнуйтесь, это лучшая клиника в США. Через несколько часов будете на месте.

Youth – Daughter

Рочестер – красивый город на берегу озера Онтарио. С другой его стороны простирается уже другая страна – Канада и её провинция с одноимённым названием. Рочестер выглядит восхитительно из окна вертолёта, но мне не до красот: я злюсь на себя за свою глупость и безалаберность, и мне страшно… страшно превратиться в рухлядь в тридцать четыре года! Я видела много людей, переживших это, они выглядят и живут, словно безжизненные мумии, и в голове их только одно – заботы и тревоги о не своей, но такой нужной почке: как долго ещё она проживёт в тебе? В этот момент мои переживания по поводу расставания с Алексом кажутся такими ничтожными и бессмысленными.

Но всё оказалось не так уж и плохо. Меня осмотрели, снова провели исследования и сразу же стали лечить новыми методами. Клиника Мэйо специализируется на трудных медицинских случаях, врачи направляют сюда больных со сложными заболеваниями со всех штатов, а также из многих стран мира.

Эта клиника славится своими достижениями в диагностике, инновационном и эффективном лечении.

У меня приятная палата, похожая больше на жилую комнату, чем на больничный бокс: в ней есть большой телевизор, софа для посетителей, которую также можно использовать и как кровать, потому что присутствие родственников здесь разрешается и приветствуется даже ночью. Американская медицина считает, что близкие люди помогают пациентам преодолевать стресс, а также сводят к минимуму число медицинских ошибок.

Но в моём случае делать это некому – родители далеко, и я им не говорю о том, что болею, нет смысла тревожить их стареющие сердца. Артём не может оставить детей и их школу, так что я живу в этой приятной комнате почти месяц одна. Живу и работаю, потому что время между процедурами, обследованиями и приёмом лекарств нужно чем-то заполнять.