Ты загадал желание?

«Блондинка в законе» – в голове мелькнула ассоциация с фильмом с Риз Уизерспун, который почему-то любила его покойная жена. Она была ни капли не похожа на главную героиню, в отличии от девушки, с которой Женя сейчас был на свидании.

Женя почувствовал вину перед женой, но тут же постарался отогнать эти мысли.

«Это ничего не значит. Это только ради спокойствия Кати. Когда она родит, я больше не позволю манипулировать мною» – пообещал он себе и постарался вернуться мыслями в настоящий момент, где девушка в розовом продолжала что-то ему увлеченно рассказывать.

– Ты тоже танцуешь? – спросил он.

Спутница Евгения повернулась к нему лицом и подняла брови.

– Я? Нет, что ты.

– Ты сказала, что была за кулисами.

– Ах это… Я журналистка. Пишу в основном об искусстве и часто беру интервью у режиссеров и балерин.

Женя уважительно хмыкнул. Она не стала казаться ему интереснее, но перестала выглядеть совсем пустой куклой.

– Тогда понятно, почему мы в театре.

А ты не пробовала отдыхать на свиданиях, а не продолжать работать? – съязвил он, не удержавшись. Он знал, что идея посетить балет была ее.

Юля сначала смутилась, губы дрогнули, взгляд переместился обратно к сцене. Она недолго помолчала, а потом все же ответила:

– Да, я живу своей работой. И искренне люблю то, что делаю. – Она выпрямила спину и вновь посмотрела в глаза Жене. – Я не стесняюсь этого.

В этот момент погас свет в зале и заиграла музыка.

Между мужчиной в сером костюме и девушкой в розовом платье, сидевшими в четвертом ряду партера, повисло напряжение.

Свидание покатилось по наклонной, толком не успев начаться.

* * *

Елена кричала на Евгению, уверенно шагающую по длинному коридору. Первая яростно махала руками, вторая упрямо смотрела вперед и делала вид, что не слышит мата, которым ее покрывает концертный директор.

– Ты понимаешь чем это все закончится?! ЖЕНЯ! Остановись, твою мать!!!

Женщина в брючном строгом костюме окончательно потеряла терпение и схватила за локоть балерину.

Та остановилась и чуть дернула головой, смотря на свет сцены, от которого ее отделяли несколько метров и разъяренная подруга.

Да, подруга.

Отчаяние в сорвавшемся на крик голосе Лены сейчас выдавало в строгой женщине не рабочую, а дружескую сторону их отношений.

– Пожалуйста… Я тебя умоляю, Жень. Тебя это сломает. Вторую травму мы не вывезем. Я не вывезу… Я очень устала.