Всё началось с заката. Он и она

Хорошо, но, подумав, всё равно отошёл от племени и пробежал несколько кругов.

На следующий день мы с Аином занялись сбором материалов и почти в полной тишине натаскали брёвен, веток, лозы и прочего. А дальше был день отдыха, который я тоже полностью потратил на поиски и сбор необходимого.

И снова дни пошли по накатанной. Два дня охоты с вечерней стройкой. Один день – сбор моих строительных нужд, а вечером снова стройка. Четвёртый – полдня бегал за материалами, а потом активно работал.

Старался не допускать минут отдыха, чтобы не давать себе даже возможности задуматься. Ну, и каждый вечер добивал себя пробежками вокруг племени. Главной задачей было устать настолько, чтобы сразу же уснуть и желательно без снов. Как-то боялся я и не хотел видеть то, последнее выражение её лица.

На четвёртый свободный день около моей стремительно растущей хижины меня поджидала мать, обеспокоенная «слишком изматывающим» графиком.

– То, что в ту ночь что-то пошло не так, я поняла. Но я не понимаю, что такого ужасного могло произойти, что ты до сих пор сам не свой и каждый день доводишь себя до крайней степени изнеможения?! – потребовала она объяснений, как только я подошёл.

– Мам, я не хочу это обсуждать, – повернулся я к ней спиной, отчасти чтобы осмотреть работу, отчасти чтобы скрыть печаль. – Но ты ведь не отстанешь, да? Тогда кратко. Миратэю я больше не увижу.

Она приходила только для того, чтобы мне об этом сообщить.

– Что за глупость? Если бы действительно не хотела тебя видеть, то и не приходила бы. Зачем тратить силы и время впустую?

Лекарь племени была неглупой женщиной, и к ней прислушивались. Если бы и в этом она оказалась права, я был бы счастлив. Но она не знала, что Мира просто ответственно относится к сказанному. Покачав головой, мать затронула ещё более неприятную часть той ночи:

– А ты что? Согласился? И даже не попробовал поговорить? Можно же было переубедить…

– Может, и можно! А может, и нет!

Пора было заканчивать.

Чувство злости и желание повыть от тоски начинало скручивать в узел все внутренности. Я развернулся лицом к матери, чтобы она видела и точно поняла, что больше эту тему поднимать не стоит.

– Нет, я не согласился! Я попробовал переубедить! Не получилось.