Хрустальная ловушка

– А как поиски пропавшего в лавине великомученика? – Инка разглядывала Иону самым бесцеремонным образом.

– Ищем, – лаконично ответил Иона. – Ищем, но пока никаких результатов нет.

Инка осмотрела веселящийся зал:

– Вот оно, дыхание жизни. Кого-то похоронила лавина, но большинству на это наплевать. И в этом есть самая настоящая сермяжная правда.

– Не наплевать, девушка, не наплевать! – раздался чей-то тихий голос.

Все синхронно повернули голову к соседнему столику, за которым в тоскливом одиночестве сидела женщина лет сорока.

Все пространство перед ней было уставлено маленькими бутылочками виски и пустыми пивными кружками. Было похоже, что женщина хочет капитально надраться. Инка взглянула на говорившую с жалостью: невозможно было определить – красива она или нет. Половину лица удачно скрывали тяжелые очки в роговой оправе. Линии глаз за толстыми линзами чудовищно преломлялись, они отталкивали и притягивали одновременно.

– Иона!.. – жалобно произнесла женщина, впившись линзами в равнодушное лицо горноспасателя.

– Пока не могу сказать ничего утешительного, Наташа. Извините. – Иона потянулся за фисташками и с треском разломил одну из них.

Впрочем, женщина уже не слушала его, ей неважен был ответ: она знала, каким он будет. Она встала из-за стола и направилась к стойке. У нее оказалась идеальная фигура. Настолько идеальная, что даже Марк с Ионой бросили в ее сторону заинтересованный взгляд.

– Безутешная вдова покойного? – ревниво спросила Инка, она не терпела ничьего превосходства.

– Подруга. – Иона отвел взгляд от женщины и повернулся в сторону Ольги. На Инку он даже не посмотрел.

– Не переживай, душа моя, по приезде куплю тебе зеркальце, которое всегда будет высвистывать тебе, что именно ты на свете всех милее, всех румяней и белее, – промурлыкал Марк Инке. – Может быть, хоть тогда ты успокоишься.

– Спасибо, зеркальце у меня уже есть.

Диджей, сидевший на возвышении в глубине зала, завел какую-то старую виниловую пластинку.

Ольга сразу же узнала музыку, выплеснувшуюся из динамиков: ну, конечно же, тема из «Мужчины и женщины» с приглушенно-страстным французским речитативом.

Казалось, Инесса только этого и ждала.

– Можно вас пригласить, Иона? – спросила она томным голосом. – Это моя любимая вещь.

– Я не танцую, – железобетонный Иона спутал Инке все карты: непростительная глупость с его стороны.

За столиком повисло молчание. Но спустя несколько секунд Инка взяла себя в руки.